— Мы на месте, — объявил Какаши-сенсей.
Поднимаясь за ним в храм, Хината беспокойно поглядывала на навес. Ей все казалось, что он упадет им на головы.
— Мдэ-э… Это люди Орочимару так разукрасили наш храм? — спросил Киба в пространство.
Шино посчитал должным ответить ему.
— Повреждения храма древними выглядят. Во время нападения Кьюби пострадать он мог или еще когда. За зданиями уход нужен, как за существами живыми, иначе в негодность они приходят. И неправ ты, Киба, называя храм этот нашим. А потому неправ, что символ Узумаки на входе в него изображен.
Киба цыкнул и раздраженно выдохнул.
— Опять ты за свое… Это фи-гу-ра ре-чи! На нашей территории, значит наш!
— Ребята… — робко вмешалась Хината. — Давайте не ссориться!
Какаши-сенсей, игнорируя их спор, присматривался к маскам. Маски пугали Хинату даже больше, чем хилый навес у входа в храм. Страшные рожи, клыкастые, рогатые…
— Все, как и сказал Анбу. Одной маски не хватает, — заключил Какаши. — Что же, начнем отсюда. Киба, чувствуешь что-нибудь?
— Хм…
Киба сморщил нос, принюхиваясь. Моргнул.
— Есть. Чувствую запахи.
— Это запахи людей Орочимару?
— Не знаю. Все в куче.
Акамару выскользнул из храма. Киба вышел следом. Хината аккуратно пролезла через щель в поваленных дверях, спустилась по лестнице и выдохнула. Навес храма больше не угрожал ей.
— Они перемещались разными маршрутами, но все в одном направлении. Тот запах, который послабее, скорее всего, — люди Орочимару. С ними и запах храма, он же — маска. Более сильные запахи, скорее всего, наших Анбу.
— Поразительно, — признался Какаши-сенсей. — А я думал, это у меня неплохой нюх.
— Хе! У меня нюх лучше, чем у собаки. Идем! Не отставайте!
Киба вскочил на Акамару верхом и скрылся в зарослях.
В лесу было мрачно. Хината прыгала по влажным от росы веткам и все прокручивала в голове слова того мужчины в маске Анбу, который рассказывал им о способностях Тройки Звука. Описанные им вещи были просто ужасны.
— Какаши-сенсей! — позвала Хината и поравнялась с ним.
— М-м?
Наставник команды Наруто-куна прежде всегда пугал ее. Суровый, загадочный… Он отправлял в академию все команды, которые попадали к нему. Киба-кун очень радовался, что джонином-наставником Восьмой Команды назначили не Какаши-сенсея. Хината тоже радовалась. Но сейчас, когда Какаши-сенсей вел их на миссию, Хината присмотрелась к нему и подумала, что наставник Наруто-куна не так уж и плох. Самый обычный серьезный мужчина. Совсем не страшный. Никак не страшнее того, с чем им предстояло столкнуться.
— Могут ли эти люди, которых мы преследуем, вывести нас на след Орочимару и его убежищ?
— Могут. Но наше задание — уничтожить Тройку Звука и вернуть маску. Про слежку указаний от Годайме не было.
— Поняла…
Хината снова погрузилась в размышления.
Сарада и Саске находились в одном из убежищ Орочимару. Если бы они с Кибой, Шино и Какаши-сенсеем нашли Сараду и та вернулась домой, Наруто-кун снова стал бы веселым, как прежде. Хината так хотела, чтобы он был счастлив! И все не могла понять, почему на этот раз в ее душе нет должного отклика.
Претендовать на внимание Наруто-куна было слишком огромной самонадеянностью с ее стороны. Право же, она никогда ничего для себя не хотела. Мир всегда жил отдельно от нее, ей не было в нем места вплоть до того момента, как она попала в Восьмую Команду.
Хината и подумать не могла, что в ее чистой душе однажды загорится упрямое желание оставить все как есть: Наруто-куна — отдельно, Сараду — отдельно, пусть даже это означало для любимого человека боль и страдания. Хината готова была разделить с ним боль, но разделить счастье от возвращения Сарады в деревню не смогла бы. Это счастье было для двоих. А она стала бы третьей... Лишней.
Убьют людей Орочимару — уничтожат шансы обнаружить убежище, где скрываются Учиха. Не отыщут убежище — Сарада не вернется. Простая и жестокая схема. Хината даже не подозревала, что способна на такие циничные размышления. Неожиданный порыв эгоизма неприятно удивил ее. Стало очень стыдно за себя и за свои мысли, которые, впрочем, никто не мог услышать, кроме нее же самой.