Они с Наруто кивнули.
— Ты способный шиноби, Саске, — добавил Хокаге. — Напоминаешь мне моего ученика — Хатаке Какаши. Такой же талантливый, уверенный в себе и расчетливый. И ты сильнее него. Суметь взломать мою печать — дорогого стоит. Однако ты повторяешь его ошибки. Запомни: не пытайся сделать все сам, иначе обязательно проиграешь. Доверься друзьям.
— Доверие — слабость.
— Доверие — сила. Просто нужно доверять правильным людям.
Хокаге умолк, а Саске задумался. Слишком много информации и впечатлений на него вывалилось. Что ни говори, дипломат из Четвертого был отменный. За какие-то минуты он успел вернуть расположение ненавидевшего его сына и почти убедил перейти на свою сторону врага.
Обрывки разговора хаотично вспыхивали в воображении голосами Наруто и его отца.
«Всегда всем нужен Кьюби, но никому не нужен я!» «На один призыв ты израсходуешь столько чакры…» «Переложил свою ответственность на твои плечи». «Не пытайся сделать все сам».
В словах Хокаге был резон. Использовать призыв Кьюби и вправду было непрактично. К тому же Итачи мог попытаться подчинить его. Сейчас, ощутив лично, как просто с помощью шарингана можно подавить силу Лиса, Саске задумался о том, что Итачи ничто не помешает поступить так же.
А Мангеке… Мангеке можно было добыть кое-где еще. Даже если не факт, что получилось бы.
С Итачи он разберется сам. Пусть без Кьюби, пусть не обязательно с Мангеке, но разберется. Он готовился к этому всю жизнь.
Но он не готовился к войне с Мадарой.
Йондайме что-то напутал. Учиха Мадара умер давным-давно. Он не мог… Впрочем, от свойств Учихи-в-маске, кем бы он ни был на самом деле, Саске стало не по себе. Нематериальное тело… Пространственное ниндзюцу…
Хокаге прав. Наруто будет более полезен живым.
Саске вздохнул.
— Ладно, вы убедили меня. Я не стану убивать Наруто.
Йондайме кивнул ему и благодарно улыбнулся.
— Я рад, что мы поняли друг друга. У меня осталось немного времени, и я хотел бы поговорить со своим сыном наедине. Не мог бы ты…
Саске прикрыл веки и расслабился. Черная горячая темень рванула вперед. Он вынырнул в шелест и прохладу леса и открыл глаза. Природа предстала перед ним в своих обычных холодных красках. Избитый Наруто с проступившей распахнутой печатью на животе лежал у дерева в отключке. Его сознание сейчас общалось с отцом.
Саске в чем-то завидовал ему. Он бы хотел, чтобы у него была возможность также пообщаться и со своими родителями. Поддержал бы его отец? Одобрил бы его решения? А еще его можно было бы спросить о Сараде. Отец бы точно знал, кто она ему.
Но Учиха Фугаку был не таким, как Намиказе Минато. С Саске Йондайме вел себя официально и строго. И немудрено, он ведь пытался убить его сына. Но вот с Наруто… Кажется, Четвертый Хокаге в обыденной жизни был очень мягким и добрым человеком и наверняка стал бы чудесным заботливым отцом, если бы не погиб.
С Саске же отец так никогда не обращался. И пусть, в отличие от Наруто, первые семь лет своей жизни Саске провел в полноценной семье, тогда как его друг с рождения рос сиротой, но за этот минутный разговор с отцом Наруто получил куда больше тепла и вдохновения, чем Саске за всю жизнь.
«Переложил свою ответственность на твои плечи». «Я верил, что ты сможешь овладеть этой силой. Ты же мой сын».
Краткое «Как и ожидалось от моего сына», за которое Саске так цеплялся, просто блекло на фоне беседы Йондайме Хокаге и Наруто. «Как и ожидалось…» То, что отец всегда говорил Итачи. Да, это подчеркнуло значимость Саске и его талант. И это было важно когда-то, когда ему всякий раз в пример ставили старшего брата. Но Итачи эти слова говорили постоянно, тогда как Саске всего единожды. И за последние десять лет он успел свыкнуться с мыслью, что, по сравнению с остальными, гениален и талантлив, а потому подобное замечание уже не так грело ему душу.
Мама что-то упоминала… Что отец все время говорит о нем, когда они остаются одни. О нем, не об Итачи. Но мама могла просто утешать его. Да и мало ли о чем они там говорили.