Саске рухнул на колени и уперся руками в скользкий камень. Мир кружился.
Он потратил чертовски много чакры. Проклятая Печать… Ее не хватало. Будь она у него, можно было бы… можно было бы провернуть куда больше.
Неважно. Я все равно победил.
Глава 127. Убийца
127
Жуки Шино потерянно кружили вокруг места, где только что находился противник, зажатый со всех сторон мокутоном. Мадара исчез.
— Я же сказал… Не выйдет, даттэбайо! Его можно достать только в тот момент, когда он атакует!
Техника Мадары всех их загнала в тупик. Наруто помнил, как отец сумел достать его. Швырнул кунай, а когда тот прошел насквозь через голову Мадары, переместился за спину и ударил расенганом.
Наруто пытался повторить комбинацию отца своим способом, нападал с тыла клонами, но все они пролетали насквозь. Поймать момент, когда Мадара контратаковал, было невозможно: он вдруг ни с того ни с сего начинал хлестать его веточкой по лицу, но стоило ударить его сзади в этот момент, и подлец снова становился нематериальным.
Акамару гавкнул. Киба развернулся и воскликнул:
— Вот он!
Исчезнувший было Мадара снова стоял на ветке и махал им рукой в перчатке.
— Эй, ребята! Привет-привет!
Все обернулись на него.
Киба неожиданно сорвался с места.
— Не думай, что сможешь сбежать от моего носа!
Он закрутился в вихрь, устремляясь к Мадаре, промахнулся, пробил ветку и ударился в землю.
— Эй, бака! — воскликнул Ходэки. — Не позог’ь наш клан! На него такая атака не подействует, и вообще ты не попал!
Рядом с Мадарой из ветки выросло зеленое нечто. Зубатые половинки кокона разомкнулись, а из них показалась наружу черно-белая голова и объявила:
— Все кончено. Учиха Итачи мертв. Саске победил.
— А?! Что?! Я в это не верю! — визгливо воскликнул Мадара, и вдруг его голос стал низким, холодным и зловещим. — Вполне ожидаемо.
— И Саске тоже вырубился. Ему, наверное, сейчас нездоровится… — продолжал двухцветный.
— С-саске… — пробормотал Наруто и ткнул пальцем в сторону нового члена «Акацуки». — Эй ты, алоэ, где Саске, ублюдок?!
— Алоэ?!
Двухцветный оскорбился. И сам же себя успокоил, каким-то глухим голосом:
— Не обращай внимания. А ты поторопись, Тоби. Не только тебе нужен Саске.
— Позабавимся в следующий раз, — сказал Мадара.
Воздух задрожал вокруг него, тело всосалось в черную дыру маски. Алоэ тоже сомкнуло зеленые лапы и втянулось в дерево.
Саске. Нужно успеть к нему раньше этих ублюдков. И где Саске, там и Сарада. Мне нужно туда!
Но только Наруто хотел дернуться, как его стянуло побегами мокутона, настолько плотно, что он едва не задохнулся.
— Эй, сволочь! Отпусти меня, ттэбайо! Я должен найти его!
— Извини, Наг’уто, — ответил Ходэки вместо Анбу. — Наша миссия — отыскать тебя и вег’нуть домой. Команды «искать Саске» Годайме нам не давала.
— Тэме-е… Я должен найти их! Вы все… Вы ничего не понимаете!
— Успокойся, Наруто, — приказал Какаши-сенсей. — Ты прав. «Акацуки» нельзя позволить добраться до Саске. Разделимся. Ходэки, Ино — отправляйтесь в деревню с Тензо и Наруто. Разыщите по пути Кота и оставшихся Анбу. Я, Сакура, Киба и Шино отправимся за Саске.
— Я тоже хочу пойти! Там же… Там может быть и Сарада. Я должен…
— Наруто! — строго прикрикнул Какаши-сенсей. — Тензо тебя не отпустит. Он мне не подчиняется, а приказ Пятой все еще в силе. Киба, Шино попробуйте найти Саске.
Какаши-сенсей в несколько прыжков взобрался на вершину деревьев и скрылся из виду.
— Идем, — приказал Тензо.
Он сковал Наруто мокутоном и мог вести его, словно на поводке, за кончик гибкого одревесневшего побега.
— Не пойду! — воскликнул Наруто. — Вы меня не заставите!
— Твоего мнения никто не спрашивал, — отрезал Анбу и грубо поволок его за собой по земле.
Наруто брыкался и упирался ногами, но это не помогало. Тензо все равно утаскивал его прочь.
Сакура оглянулась на него с жалостью.
— Сакура-чан, — в отчаянии воскликнул Наруто. — Если там будут Саске и Сарада. Верни их, ттэбайо!
Она плотно сжала губы и кивнула.
Сакура-чан… Рассчитываю на тебя.
Наруто с горечью наблюдал, как спрыгивает с дерева Какаши-сенсей, как Киба залезает на Акамару, как Шино, раскинув в стороны руки, выпускает из рукавов тучи своих жуков. Эти четверо шли к Сараде и Саске, тогда как его утаскивали в противоположную сторону от того, ради чего он сбегал из деревни и нарушал все запреты. Остро хотелось пожалеть себя, помянуть лихим словом Четвертого, но Наруто мысленно отвесил себе пощечину.