Где-то там допрашивали девушку с красными волосами, Сараду и Наруто. Где-то там старейшины, Цунаде-сама и извращенец Джирайя-сама решали их судьбы и ругались, обсуждая таинственного Итачи, которого нельзя отдавать менталистам. Где-то там родители, не подозревая о ее безрассудных преступлениях, спали в тихой квартире, где она не была уже месяц, после минувшей ссоры с мамой. Где-то Саске-кун приходил в себя после боя с братом… где-то на территории врага.
Какаши-сенсей все это время сидел рядом и не говорил ни слова. О чем он думал? О том же, что и она? Должно быть, что так. После недавних событий нельзя было думать ни о чем другом.
Тело время от времени пробирала дрожь, то ли от холода, то ли от нервов, и Сакура напрягалась, стискивала зубы, чтобы сенсей не заметил. Не хотелось казаться слабой и беззащитной. Она и так доставила ему хлопот.
— Спасибо.
Это давно стоило сказать, но Сакура почему-то не решалась.
— М-м?
Какаши-сенсей повернулся к ней, лохматый и вечно усталый.
— Спасибо, что заступились за меня, — тихо добавила Сакура.
— А…
Он кивнул, молча принимая благодарность, и больше ничего так и не сказал.
В конце дороги показалась медленно бредущая фигура в черно-оранжевом костюмчике. Сунув руки в карманы и глядя себе под ноги, Наруто неторопливо шел по парку. Они наблюдали за его приближением. У самой скамьи Наруто наконец остановился и поднял голову, будто только заметил их.
— Как у тебя, Сакура-чан?
Спросил одновременно встревоженно и отстраненно, будто в глубине души думал о чем-то другом.
Сакура пожала плечами.
— Нас выгнали, так ничего и не сказав толком, — ответил за нее Какаши-сенсей. — Но это и к лучшему. Если Сакура все еще на свободе, думаю, гроза прошла мимо. Иначе все решилось бы еще на том совещании.
Сакура крепче обхватила себя руками.
— Сарада? — спросил сенсей.
Наруто покачал головой и хмуро ответил:
— Баа-чан сказала: «Она еще отвечает на наши вопросы». — Он скривился и прошептал: — Когда они уже отпустят ее? Я хочу видеть ее, даттэбайо!
Его голос и взгляд в этот момент были полны приевшийся боли и… надежды. Целый океан надежды. Сакуре даже на миг показалось, если Наруто только захочет, этот океан вырвется наружу, затопит Коноху и растворит стены всех тюремных камер и допросных, посмевших лишить свободы его любимое существо.
Пальцы на плечах сами собой сжались в кулаки.
Удачи тебе, Сарада.
****
Цунаде нервно барабанила пальцами по столу.
— Способность к целительству, говоришь? Если она медик, Ибики, то сыворотка могла и не подействовать.
— Сыворотка подействовала. Наш медик подтвердил все симптомы. Судя по всему, ее способность к целительству неосознанная, а значит, контролировать свой метаболизм настолько тонко она не может.
— Ладно, допустим. Но если ты хочешь передать ее в отдел менталистов, придется подождать. Они сейчас занимаются другим.
— Учиха Сарада?
— Верно. Узумаки Карин пока отправьте в госпиталь. Было бы любопытно проверить ее способность на деле. И если Карин проговорилась о ней, значит, сыворотка и правда подействовала. Ей не было смысла выдавать свой козырь и подставляться. Что-нибудь дельное еще удалось выяснить?
Ибики на момент усомнился, но принял решение и качнул головой.
— Нет. В остальном она говорила полнейший бред.
Глава 131. Калейдоскоп
131
Темнота переливалась ртутными волнами. Иноичи плыл в ней, как в невесомости, но до разума добраться все никак не удавалось. Он остановился перед массивными воротами. Бумажное полотно украшала красная мишень с черной сердцевиной: вокруг центра был тонкий черный круг, а по краю мишени — на двенадцать часов, на четыре и на восемь — располагались жирные томоэ. Все остальное пространство створок заполняли абстрактные черно-рвотные разводы, похожие на расплывшуюся краску.
Шаринган.
Иноичи выдохнул и сложил печати, подплыл к воротам, коснулся ладонями створок. Ворота распахнулись, а за ними целым каскадом — еще десятки, покуда хватало зрения. Все равно что зеркало поставить напротив зеркала и увидеть бесконечный тоннель с бесконечным количеством отражений.
Кто-то здорово подстраховал девочку, защитил ее память.
Следовало быть максимально осторожным. Здесь наверняка были гендзюцу-ловушки.
Редко когда ему приходилось взламывать такую мощную систему ментальной защиты. Преодолеть ее стоило немалых усилий. Несколько раз Иноичи почти попался в гендзюцу-ловушки, но вовремя успевал улизнуть. Опасное это дело — зависнуть в гендзюцу в чужом сознании. Из такого можно и не выплыть вовсе.