— Путь Зверя? — вклинилась Карин.
— Одно из тел Пейна.
— А. Вроде того, который напал на тебя в больнице.
— Именно.
— Ладно. Сейчас.
Карин поправила очки, прикрыла глаза и приложила два пальца к губам, концентрируясь.
Итачи наблюдал за ней, озадаченно наклонив голову.
— Она — сенсор, — пояснила Сарада.
— Интересно.
— Нашла четверых Пейнов.
Итачи опешил. В этот момент он напомнил Сараде того мальчика из прошлого, который еще умел удивляться. Судя по всему, и этот Итачи вполне умел удивляться, просто количество вещей, способных его удивить, радикально уменьшилось.
— Четверых? — переспросил он изумленно.
— Она — очень хороший сенсор, — скучно добавила Сарада.
— Их всего шесть, а одного мы убили, — перечислял Итачи. — Должно остаться… пять. Тогда почему четверо?
— Трое на два часа. И рядом с ними еще три сросшихся чакры. Сильнейшие, скажу я вам. Очень… очень сильная чакра, — объяснила Карин.
— С тремя Пейнами сражается Джирайя-сама, — подтвердила Кацую с плеча. — С ним первая, третья и пятая цели.
— Еще один на девять часов на другом конце деревни. Он внутри чего-то живого.
— В том секторе видели четвертую цель.
— Это Путь Зверя, — заключил Итачи. — Отправляемся туда.
Он спрыгнул на водонапорную цистерну соседней крыши, и девушки, коротко переглянувшись, последовали за ним.
— Шестой не пришел, — добавил Итачи на бегу.
— Что?
— Последний Пейн. Шестой. И это очень-очень плохо. Мы должны уничтожить Путь Зверя, иначе он призовет Короля Ада и воскресит всех побежденных Пейнов. Все будет зря.
— Да что происходит? Ты можешь объяснить нормально?
— Пейн обладает риннеганом. Это высшее додзюцу.
— Это мы уже заметили, — ворчливо перебила Сарада.
— Помимо своего тела, основного, у него есть еще шесть дополнительных, которыми он может управлять на расстоянии. Риннеган позволяет Пейну проводить силу через тела шести мертвецов и использовать их в качестве марионеток. Каждому — своя способность, и другие свойства тело использовать не может. На этом и построена стратегия борьбы против него.
— Шесть дополнительных тел…
Сарада вспомнила своего отца. Он тоже обладал риннеганом, но такими делами, как Пейн, не занимался. У папы было всего лишь одно тело, и то без руки.
— Первая цель управляет притяжением. Вторую ты видела и уничтожила — это он пришел за мной в госпиталь. Третья обладает способностью вытягивать души и воспоминания. Четвертая — призыв; все эти огромные животные — работа четвертой цели. Четвертый также способен призывать и остальные пути Пейна. Пятая цель поглощает чакру и любое ниндзюцу, основанное на чакре. Шестая может вернуть в строй любое уничтоженное тело. Седьмая цель — Конан. Она — одна из «Акацуки», работает в паре с Пейном, использует в бою оригами.
Сарада фыркнула.
Бумага. Подумаешь, оружие.
— Пейнов трудно победить, когда они сражаются все вместе. Решено было разделить их и уничтожить поодиночке. Цунаде-сама сформировала разные отряды, в каждом из которых — шиноби, чьи способности наиболее подходят для противостояния конкретному Пейну. К примеру, в пятом отряде — шиноби, использующие тайдзюцу, поскольку пятая цель поглощает ниндзюцу, но в то же время уязвима к мощным физическим атакам. В седьмом — люди из клана Абураме. Конан любит разбивать себя на отдельные листки, а кикайчу Абураме способны поглощать чакру и сводить на нет ее технику. Сложнее всего уничтожить первую цель, использующую притяжение. Но стратегически важно в то же время расправиться первым делом с четвертой и шестой целями, поскольку шестая может восстановить все уничтоженные тела, а четвертая — в любой момент собрать разъединенных воедино.
— Пейн наверняка и сам это понимает.
— Верно. Четвертое тело здорово прячется. Шестое, судя по всему, и вовсе осталось за пределами Конохи, где-то в сохранном месте, чтобы мы не могли до него дотянуться. Он сознательно напал в меньшинстве. Ожидал, что мы знаем его тайну. Потому исключительно важно уничтожить четвертую цель как можно скорее, иначе он снова восстановится в прежней форме.
Сарада переваривала полученную информацию. Слышать от дяди такую длинную речь было непривычно, но, судя по всему, к двадцати годам он стал более разговорчив. Впрочем, иначе было и не объяснить…
— Откуда ты знаешь стратегию? Ты же отступник, — с недоумением заметила Карин, изо всех сил стараясь не отставать и бежать с ними в ногу. — Коноха быстро прощает старых отступников?