Выбрать главу

Сарада улыбнулась. Наруто выглядел одновременно серьезным, решительным и по-детски наивным.

— К тому же, дедуля Жабий Мудрец сказал, что я скоро встречусь с осьминогом и принцессой из будущего и они мне с чем-то помогут.

— А?! С какой принцессой из будущего?

— «…с принцессой, чья сила сокрыта в глазах». Не переживай, Сарада. Меня никакие принцессы не интересуют.

Наруто широко улыбался и глядел на нее с тихим обожанием. Сарада странно на него покосилась.

— И что… совсем нет идей, что за принцесса?

— Неа. Я никаких принцесс не знаю. Тем более из будущего. И знать не хочу. Меня интересуешь только ты.

Сарада с усталым вздохом расслабилась. Даже Саске уже понял, кто она такая. Только Нанадайме в упор не видел никаких намеков. Может, и к лучшему? За размышлениями о хрупкости своих тайн Сарада не заметила, как лицо Наруто очутилось очень уж близко. Он привычным движением поднял очки ей на лоб и жадно поцеловал в губы. Сарада таяла от его нежности. Руки вслепую шарились в воздухе, натыкаясь на остывшую в сырости каюты голую кожу. Желанное совершенно незаметно успело стать вполне привычным. Но желанным осталось по-прежнему.

Корабль качнулся, и их притянуло к стене на другом конце скамьи. Сарада неловко навалилась на Наруто, скользнула руками по обнаженным плечам и уперлась ладонями в шершавое дерево у него за спиной. Он рассмеялся негромко. Сарада снова прильнула к нему губами, на этот раз сама. Удивительное жаркое чувство жизни. Почему-то она ощущала его в себе только рядом с Наруто. Раскованность, доверие... безумие. Понимание.

Где-то снаружи послышался натужный скрип. Топот ног. Снова скрип.

«Сарада, мне кажется, вам скоро помешают», — ехидно заметил невесть откуда вынырнувший Орочимару.

Сарада подавилась поцелуем и едва удержалась, чтобы не обругать его вслух.

Дверь распахнулась. В кают компанию с шумом ливня и бушующего шторма ворвался один из членов команды. Он был мокрым с ног до головы.

— Мачта не выдержит!

Он застыл и часто заморгал, оторопело уставившись на них. Сарада поняла, как это выглядит со стороны: Наруто в своих неизменных трусах с сердечками. Она с ним рядом, едва ли не сверху.

— Где мачта? — рявкнула она сердито. — Вы разбудили Тензо?

— Н-нет, Сарада-сан. Я думал, все здесь.

— Черт возьми!

Она вырвалась из объятий Наруто и вылетела на палубу.

****

Хината сидела на корточках на ветке, а Шино нависал над ней просторной палаткой. Сунув руки в карманы куртки, он с таинственным видом смотрел вдаль, словно за стеклами черных очков прятал собственный бьякуган. К нему понемногу слетались жуки.

— Проблемы у нас.

— Шино-кун, ты что-то узнал?

— Взгляни вперед на час, Хината.

Чакра потекла к глазам.

Бьякуган!

Взгляд прорвался сквозь редкую рощу и вырвался на луга. Миновал тощую беспокойную речку, врезался в скалы, прошил их насквозь. Впереди замелькали очаги. Много шиноби. Стройными отрядами они продвигались в их сторону на юго-восток.

— Они перешли границу.

— Плохо это.

Внизу появился Киба на запыхавшемся Акамару.

— Ветер восточный. Ничего не чувствуем. Что там у вас?

— На нас движутся отряды из Камня, — сказала Хината.

— Уходить надо, — сказал Шино. — А потому надо, что миссия наша разведывательной была. Сражение с шиноби Камня не входило в…

— Надо рвать когти скорей! — перебил Киба, совершенно не слушая бормотаний товарища.

Хината опасливо взглянула на умолкшего Шино и жалобно попросила:

— Ребята… не стоит…

— Вечно так Киба, — пробурчал Шино. — Безразличие к словам товарищей — скверное свойство для шиноби. Все потому, что...

****

Отстучав серию условного сигнала, в десятую заглянул Шикамару.

— Слышь, бать. Там…

За ним залетел рой жуков.

— Это еще что? — нахмурился Шикаку.

Но тут вспомнил. Он поскорее перевернул лист бумаги, на котором начал писать черновик очередного послания для несговорчивой Мизукаге, и насекомые послушно собрались на белом листе, формируя своим построением читабельный текст.

Сын встал рядом.

Шикаку помрачнел.

— Все-таки решились, — сказал Шикамару. — Райкаге так и не верил?

— Вот же… гемор.

Жуки разлетелись. Шикаку нервно скомкал послание Мизукаге, снова распрямил, разгладил и стал рвать на мелкие кусочки.