Внизу шумно плескались волны. Крупный шип, приросший к скалистой породе берега, выпирал острием в воздух и нависал над океаном почти параллельно. На нем выделялись глубокие царапины. Хищник с когтями такого размера должен был бы внушать трепет, но после схватки с Кьюби гигантские твари, населяющие остров, вызывали у Наруто лишь снисходительную ухмылку.
Сарада стояла на середине шипа и глядела вдаль. Наруто видел только герб на спине ее черной жилетки. Он тоже шагнул на шип. В лицо ударил холодный соленый ветер. Наруто тихо подошел ближе и остановился за спиной у Сарады. Принцесса будущего, чья сила сокрыта в глазах. Он все еще до конца не понимал, что же это значит. Судя по всему, Сарада обладала такой же способностью, как Жабий Мудрец. Могла видеть, что будет дальше. Впрочем, сейчас это было не столь важно.
— Сарада.
— М-м, — откликнулась она чуть помедлив.
Наруто сделал еще шаг.
— Ты знала свою маму? — спросил он хмуро.
В глазах стояли слезы. Он, поджимая губы, силился удержать их, но получалось не очень.
— Да.
— Какая она была?
— Сильная.
— Строгая?
— Добрая.
— Красивая?
Наруто на каждом слове все больше оживлялся и из состояния отстраненности переходил в состояние лихорадочного отчаяния. Спрашивал про маму Сарады, а вспоминал все равно свою. С самого детства пытался представить, какой она была, но никогда не думал, что мама была такая.
Сарада обернулась. Этот жалостливый взгляд… Наруто не любил его. Не любил выглядеть жалким.
К черту.
— Она была джинчурики. Как я. Ее сделали…
Насколько же это было больно: от самого рождения не знать своего происхождения, по крупицам восстанавливать образы родителей из единственной мимолетной встречи с привидениями отца и матери в своем подсознании. И все молчали. Старик Третий, Какаши-сенсей. Они ведь не могли не знать!
— Если бы не Мадара, они бы не погибли. Я бы знал их живых. Во мне бы не запечатали Кьюби…
Сарада опустила глаза.
— Если бы в тебе не запечатали Кьюби, — сказала она тихо, — ты бы не стал Нанадайме.
«Ты бы не стал…» Я еще и не стал, Сарада. Так что же, ты действительно видишь будущее?
— Почему?
— Так всегда, — сказала Сарада и отвернулась, избегая его взгляда. — Пока за нашей спиной есть кто-то сильнее, мы позволяем себе слабость. Знаем, что если не справимся, они подхватят — наши учителя, родители, Хокаге…
— Так что же это, — Наруто неожиданно озверел. — По-твоему, они все должны умирать и это нормально, даттэбайо?!
— Я тоже сирота!
Он задохнулся и замолчал.
— Прости… — сказал автоматически, совершенно неискренне. — Но это неправильно.
— Я просто хочу сказать, — глухо выдавила Сарада, — что если бы выжили твои родители, мирное будущее, возможно, никогда бы и не возникло.
— Будущее?
Сколько можно за это будущее? Будущее, будущее… Что они там все видели? Достали со своими намеками и секретами! Надоело слушать вранье!
— Будущее. У него есть основа — цепь событий, хороших и не очень, и даже очень нехороших, — глухой голос Сарады дрожал, словно ей самой было страшно от своих слов. — Выбить одно звено — и все рассыпется. Твои родители и учитель, мои… мои родные… Только благодаря их жертвам мы стали теми, кто мы есть.
— А если бы у тебя была возможность вернуться в прошлое и сделать все иначе, спасти своих… хотя бы маму… Ты бы оставила все как есть?
Сарада растерялась на мгновение, а затем медленно выдавила:
— Мой ответ для тебя не подходит.
— Почему?
— Потому что ты не одинокая девочка, которая осталась без родителей. Ты — будущий Нанадайме. Должен быть кто-то, кто подумает обо всех в ущерб своему. Хокаге…
Наруто потупился. В памяти все еще был свеж рассказ мамы.
Его родители поступили так, как сказала Сарада. Отец, Йондайме Хокаге, думал в первую очередь о том, как защитить деревню. Даже сделал оружием его — своего сына. Точнее… передал свою волю…
— Понял тебя, — буркнул Наруто.
Сарада была права. Но что-то в глубине его сердца не хотело с этим соглашаться. Не хотело силы ценою в жизни близких. Особенно сейчас, когда он впервые увидел маму. Она казалась ценнее того мира, о котором ему как будущему Хокаге полагалось заботиться. Мир был к нему равнодушен. А мама его любила.
«Это пройдет, — попытался убедить себя Наруто. — Я понемногу начну забывать, и станет легче, ттэбайо…»
В сердце засаднило.
Даттэбайо… Даттэбанэ…
****