Неприятное слабое чувство ворочалось где-то внутри, не находя себе места. Не привычные ненависть или ярость, а что-то горькое и горячее. Как будто среди двух выборов «одиночество на свободе» и «позорное заключение внутри человечьего тела» появился третий, какой-то фантастический и совершенно немыслимый, но все же выбор, сделанный им самим.
Кьюби отрицал этот выбор. Он казался еще более позорным, чем заключение. Стелиться перед своим джинчурики… Служить человеческому роду.
Никогда не стану служить.
— Эй, Курама! Ты вообще слушаешь, даттэбайо?!
Он снова вздрогнул и сам на себя рассердился.
— А ну заткнись! — рявкнул Кьюби. — Не мешай мне спать!
Наруто демонстративно отвернулся, сплетя руки на груди.
— Ответил бы сразу, я бы и ушел.
— Вон отсюда, влюбленное дурачье!
Он треснул лапой по клетке, и Наруто, пугливо отшатнувшись, поспешил убраться.
****
За распахнутым окном шелестел лес. Там, в лесу, за Наруто присматривали Би, Мотои, Тензо и ее вороны. Сарада вернулась оттуда совсем недавно. По двум причинам. Первая: сообщить новости Какаши-сенсею. Вторая: проверить таймер.
Какаши-сенсей привычно отдыхал на крыше неподалеку от ее окна. Сарада посмотрела на записку еще раз.
— Дома и в Облаке блокада. Эти Белые Зецу везде.
Сенсей захлопнул книгу и задумчиво посмотрел вдаль.
— Вот как… У меня нехорошее предчувствие.
— Думаете, нас нашли?
— Остров защищен самовосстанавливающимся барьером. Хм. Но Мадару барьер не остановит. Если он, конечно, узнает, где мы.
— Оставайтесь с Наруто. Мне нужно кое-что проверить.
Какаши-сенсей косо посмотрел на нее, явно прикидывая, что именно она может проверять на чужом острове, но все же ничего не сказал.
— Я понял. Не задерживайся.
Он спрыгнул с крыши и скрылся в зарослях.
Сарада задвинула створку окна. Звуки леса притихли. Она активировала шаринган.
Никого.
Сарада прикусила палец и призвала Дрошу. Ворон запрыгал по кровати, приминая лапками покрывало. Сарада поймала момент, когда шаринган Шисуи очутился на линии взгляда, и провалилась в измерение таймера.
В голове стало легко — эффект от дядиного Цукуеми. Кругом снова был красно-черный мир, каменный круг на полу и белая шкала по контуру. Сарада наблюдала за ней все эти несколько дней, и успела заметить, что шкала заполняется нелинейно. В какие-то моменты восстановление Котоамацуками происходило быстрее, чем она ожидала по своим расчетам. В другое время, напротив, медленнее.
Цифры под ногами чуть изменились. Раньше были просто часы. Сейчас добавились еще и минуты.
Три часа семнадцать минут.
Сарада прикрыла глаза и выдохнула.
Недолго осталось. Уже легче.
****
Пересаженный риннеган в глазнице пек. Чужая плоть, чужая сила. Единственный глаз Мадары просил больше, чем способно было дать его тело.
— Нет-нет! — заорал перепуганный шиноби Облака. — Я же сво…
Обито пронзил его черным прутом в самое сердце. Личина противника стала сползать. Наружу проступили типичные черты Белого Зецу.
Надо же. Даже додзюцу не смогло различить…
Он скинул умирающего Зецу с шеста на пол.
— Прости. Ошибся.
Последние живые на связном посту деревни Скрытого Облака торопливо приняли истинный облик, чтобы он ненароком не перебил и их. Трупов шиноби Кумо было не так много. Зецу неплохо оккупировали пост.
— Полегче. Не убивай наших, — укоризненно заметил один из них.
— Что по информации? Вы нашли джинчурики?
Зецу довольно оскалились. Время от времени Обито казалось, что у них, как у слизня Пятой, один мозг на всех.
— Да. Они на острове.
— Отлично.
Облако парализовано. Коноха далеко. Пока они поймут, что к чему, Хачиби и Кьюби будут у меня.
****
Позади послышался шорох.
Наруто выхватил кунай и вскочил на ноги. Наполовину провалившись в измерение печати, он потянулся к зависшему над ним огромному пузырю чакры Девятихвостого, и та потекла к нему. Режим чакры Кьюби. Кожу покалывало. Мышцы чуть побаливали. Наруто не чувствовал силу, скорее… свободу. И ненависть. Где-то справа. Из тех кустов, откуда доносился шорох, вылетела обычная темная птичка.
— Наруто, горишь как вулкан. А это был просто баклан, — зарифмовал Би. — Полегче, бразер.
— Это моя миссия! Сейчас мое дежурство. Я обязан тебя защищать, а значит, должен все держать под контролем, даттэбайо!