— Отлично, — послышался голос Обито. — Хачиби, теперь ты мой.
От чакропокрова Наруто отделился протуберанец с зарождающимся расенганом. Цепи туже стянули горло. Наруто захрипел. Протуберанец рассеялся.
— Куда ты бить им собрался! — в отчаянии воскликнула Сарада, по инерции скользя на крови Хачиби. — Себе по рукам? Стержень все равно останется в ладонях!
Позади с треском ломались деревья. Восьмихвостого утягивало цепями к статуе все быстрее.
«Хачиби не спасти. Забирай Наруто и уходим».
Орочимару командовал, деловито озвучивая ее же собственные мысли.
Прикасаться к пруту нельзя. Техники разрушат лишь видимую часть. Не отрывать же Наруто руки… Черт.
Фокус Канрен врезался в прут. Горячий поток чужой чакры внутри. Очень мощной жалящей чакры. Глаза запульсировали — их разрывало от давления. Снова стало влажно от выступившей из глазниц крови.
Почему я каждый раз трачу заряд Канрен на все, кроме нашего врага?
«Плевать. Протянуть бы эти восемь с половиной минут. С Учихой Обито разберутся птицы».
Импульс чакры передался в стержень. Поток чакры Обито внутри стержня сбился. Цепи, сдерживающие Наруто, поблекли. Импульс вышел из-под контроля и разорвал прут. Наруто отбросило отдачей, но его мигом подхватил Какаши-сенсей. Оба скрылись из виду.
Сарада тихо заскулила от боли. Мир заволокло уже знакомой коричневой пеленой, вспыхивающей яркими пятнами. Ей казалось, что это уже не просто кровь выступает на ресницах, а вытекают сами глаза.
Кто-то подхватил ее. Внутри стало легко — прыжок, миг полета. Чакра рядом была знакомой.
Тензо.
****
— Ублюдок! Отпусти их! — заорал Наруто.
Он хотел снова ринуться на статую, но его остановил Какаши-сенсей.
— Не горячись, а не то снова попадешься.
Наруто сжал кулаки в бессильной ярости и тихо сказал:
— Если из него извлекут биджу, он умрет.
Страшная мысль, которая загоняла его паникующий разум в ловушку. Но что он мог сделать? Было лишь два пути спасти Би. Один он только что опробовал и едва не попался сам. Второй — убить Не-Мадару.
Но как можно убить ублюдка, которого не можешь коснуться?
Цепи втягивались все быстрее.
Горячие слезы заволокли зрение. Наруто показалось, что это не дядьку Би, а его подтягивали к некой решающей черте. За той чертой лежала другая вселенная — мир беспощадный и острый, как лезвие куная. И Наруто отчаянно не хотел оказаться по ту сторону.
— Не позволю.
Ему безумно хотелось стать огромным и сильным, как эта статуя, на которой торчал Не-Мадара. Даже режим Кьюби казался каплей в море. Мощь и покалывание на коже успели стать привычными.
Земля задрожала: это взяла разгон огромная белая лошадь. Пять хвостов развевались за ее крупом. Она неслась прямо к беззащитному осьминогу.
Добивать? Куда уже!
Но Пятихвостый неожиданно пронесся мимо дядьки Би — направлялся к статуе.
— Что оно делает? — в недоумении спросил Скрытный Анбу.
— Без понятия, — ответил Какаши-сенсей.
Осьминога перестало притягивать к статуе. Не-Мадара отвлекся. Из его ладони вырвалась цепь и обвилась вокруг шеи Пятихвостого. Лошадь споткнулась. Не-Мадара дернул цепь. Гоби завалился на бок и рухнул на землю. Вибрация от его падения достигла Наруто и передалась ему в кости, а с ней принесло тихий мучительный стон: «Как же больно…»
— Что это? — пробормотал он ошарашенно.
«Пятихвостый, — рыкнул Курама. — Телепатия».
Пятихвостый…
Наруто впервые видел столько биджу в одном месте. Такие разные, сильные… И в то же время неожиданно человечные.
«Не зевай, Наруто! Это наш шанс освободить Хачиби и его джинчурики. Я поделюсь с тобой силой».
Наруто оглянулся на Кьюби, прижавшегося щекой к прутьям клетки.
— У тебя осталась чакра?
— Да, — нетерпеливо ответил Лис. — Давай, скорее. Открой клетку! Из-за нее я могу дать тебе лишь крупицу чакры. У тебя уходит куча времени на бой!
Наруто заметил протянутый сквозь прутья кулак и оцепенел. Не время было предаваться сантиментам, но все же… Этот жест в его жизни символизировал очень глубокую духовную близость.
— Слей свою чакру с моей, — скомандовал Кьюби.
— Опять поиграем в перетягивание каната? — ухмыльнулся Наруто.
Он старался вести себя уверенно и дерзко, но вот в глубине души его мучили сомнения.
Без мамы и Сарады я бы не справился тогда. Если Курама захочет…
— Тупица. У нас нет на это времени, — Лис угрожающе наморщился и приподнял верхнюю губу, обнажая зубы. — Впрочем, у меня времени предостаточно.