Указательный палец был заклеен пластырем.
— Ты поранилась? Почему не залечишь?
— Не могу, — глухо ответила Карин.
— Что?..
— Моя сила… Я не могу лечить. И сенсорика дает сбои… как сейчас.
— Тебе стоит показаться маме.
— А?
— Моей маме. В госпитале. Одевайся.
Щеки Сакуры чуть порозовели. Она отняла руки от живота Карин и посмотрела на нее как-то по-новому.
— Карин… Кажется, ты беременна.
Мама улыбнулась как-то немного натянуто. Карин жила в доме с двумя братьями Учиха. Оплодотворить ее мог любой.
— Чего?! — Карин вскочила с койки и резким движением одернула майку. — Я…
— П-подо-подожди, — заикаясь, выдавила Сарада. — Ты хочешь сказать, что… Нет, но…
У меня будет двоюродный брат?! Его не было… Это не по плану…
— Не думала, что дядя согласится, — пробурчала Сарада.
— А? — Карин повернулась уже к ней.
— Это же Итачи, — скучно сказала Сарада. — Мне кажется, его вообще никогда не интересовал процесс размножения.
Карин покраснела.
— Я не… не правда! Я ничего не…
При упоминании Итачи Сакура немного расслабилась и улыбнулась уже совершенно искренне.
— Все в порядке, Карин. Не переживай. Дети — это замечательно. Чуть рановато, правда, но все же…
— Но…
— При чем тут беременность к ее способностям? — перебила Сарада. — Она же Узумаки.
Сакура задумчиво почесала пальцем щеку.
— Я думаю, это естественный процесс. Если твой организм, Карин, будет регенерировать в обычном режиме, эмбрион не сможет нормально имплантироваться.
— Значит, это временно? Потом все вернется?
— Думаю, да.
— Но откуда сбои в сенсорике?
— С этим сложнее. Я не представляю механизм, — сказала Сакура и пожала плечами. — Но поскольку главное событие в твоем организме сейчас — это беременность, все побочные реакции наверняка связаны именно с ней.
— Карин, и часто у тебя сбои в сенсорике? — спросила Сарада.
Та покачала головой.
— Не часто. И ненадолго.
Если Черный Зецу явится за риннеганом… Нас это все равно не устраивает. Надо что-то решать.
****
Сквозь распахнутые двери в кухню дышал вечерний ветер. Семейство Учиха в молчании поглощало ужин.
Карин кусок не лез в горло. Она водила палочками по бульону и украдкой рассматривала сотрапезников. Все трое черноволосые, черноглазые и бледнокожие. Сейчас эта семейка чакро-деликатесов выглядела просто обычными людьми. Воспринимать их только по внешности и звукам было непривычно. Карин поежилась и отложила палочки.
Будто чужие. Аристократы. Холодные и педантичные аристократы, вот они кто. Как так вышло, что я очутилась в их доме?
На веранде послышался грохот и топот ног. Прежде Карин бы ощутила чужое присутствие задолго до того, как прозвучали шаги, а сейчас чувствовала себя едва ли не инвалидом.
Все этот эмбрион. Что же это, он растет во мне и пьет мои силы?
Карин поежилась.
На кухню, спотыкаясь, ввалился Наруто.
— Почти-почти успел, даттэбайо!
Он скрестил ноги и плюхнулся на зад перед полной тарелкой.
— Итадакимас! Э-э… Что это, опять суп? — протянул он разочарованно. — И не рамен…
— Ты опоздал, — произнес Саске, словно приговор, и отставил пустую тарелку.
— Вы просто раньше начали! Ну-ка, ну-ка…
Саске проигнорировал Наруто и внимательно посмотрел на нее. Карин покраснела. Слишком уж пристально он сверлил ее взглядом. Что же это, Сарада уже всем рассказала?
Она в панике взглянула на Итачи. Тот отложил палочки и с тихим выдохом закрыл глаза.
— Йондайме Хокаге все еще не нашел Черного Зецу, — сказал он негромко.
Карин вздрогнула от его голоса и нервно облизнула губы. Все еще помнила вкус его поцелуя — с металлическими нотками крови. В дурмане сенсорики это даже казалось приятным, но вот сейчас…
Его ребенок.
Сердце билось быстро и какими-то тяжелыми толчками.
Наруто рядом с ней хлюпал супом и брызгался. Карин брезгливо отодвинулась, но в глубине души была рада, что Наруто все-таки успел к ужину. Он значительно скрашивал атмосферу, царящую в доме этой семейки.
— Сейчас мы не можем полагаться на твое чутье, Карин, — объяснил Саске. — Наруто, как твой режим отшельника?
Энтузиазма в поедании у Наруто чуть поубавилось.