Эй выбрался из каменной ниши ринулся к нему со всей своей молниеносной скоростью. Юркий мальчишка нырнул ему под мышку. Кулак впечатался в скалу и раскрошил ее с диким грохотом.
Чтобы я не мог попасть… Был только один шиноби, способный на это…
****
В нескольких метрах от него, внутри одной из пещер, где произрастали Белые, крался Йондайме Хокаге Минато. Зецу затормозил все процессы внутри себя. Аморфное тело растеклось в недрах меж камнями и холодной влажной почвой.
Умение ждать… Черный Зецу знал, как много стоило это умение. Терпеливому ожиданию за столько веков он обучился сполна.
Похищать второй риннеган немедленно не было нужды. Старый цикл подошел к концу. Новому циклу предшествовало временное затишье. Глупость — вторгаться во владения Учиха сейчас, когда Итачи готовился принять его со всеми почестями. Он не имел права на поражение. Оставалось только ждать…
…пока Учиха расслабятся и утратят бдительность…
…пока отойдет на тот свет Учиха Итачи, никак не желающий занять свое законное место в могиле…
…пока окрепнет юный отрок, которому уготовано стать новой ступенью на пути воскрешения Матери…
Дитя, совместившее в себе силу шарингана и мощное тело Узумаки. Потомок клана Учиха, постыдно рожденный незрячим. Черный Зецу хорошо изучил природу людей. Вряд ли кто из Конохи понимал, какую цену имеет это никчемное с виду дитя. Разве что Учиха Итачи. Слепота никогда не затмевала вездесущего взора его шарингана. Пока он был жив, нельзя было пускать в действие свежий план и начинать новый цикл.
Ждать...
Последние процессы в теле остановились.
Глава 189. Ветвь Возрождения: Мятеж
189
После того, как Орочимару помог спасти Наруто и разрулить патовую ситуацию с Обито, Сарада не стала запечатывать его снова. Они разделили власть над организмом. Ей перепали внешние реакции, Орочимару занимался внутренними: помогал перераспределять чакру на ячейки бьякуго, все так же пытался разобраться с восстановлением зрения на родном глазу и отвечал за естественную контрацепцию. Разумный симбионт, с помощью которого было удобно управлять состоянием организма — даже теми моментами, которые обычный человек не мог регулировать сознательно.
Сарада с самого начала догадывалась, что Орочимару начнет свою игру. Все это время она безуспешно пыталась его подловить, и в последнее время поводов для беспокойства становилось все больше. Сарада чувствовала: что-то не так. В организме без ее ведома творилось нечто странное, а она все никак не могла понять…
Нужды идти к маме Сарада не видела. Она и сама была медиком. Сопоставляла симптомы с возможными недугами. Самые невероятные варианты отсекала. И, как оказалось, совершенно зря. Сарада ожидала от Орочимару какой-то тонкой игры, которую едва ли можно было бы распутать самостоятельно. А он решился на откровенное хамство.
— Что это? — спросил Наруто, скосив глаза на тест перед носом.
Выражение его лица точь в точь повторяло выражение лица Саске пару часов назад. Сарада терпеливо выдохнула.
— У нас будет ребенок.
— Да? — будничным тоном переспросил Наруто. — Конечно будет. Как только захочешь, Сарада, я тут же постараюсь, даттэбайо! — Он ударил себя в грудь кулаком и лучезарно улыбнулся. — Можно даже двоих. Но только по очереди.
— Ты уже постарался.
Наруто продолжал улыбаться. До него все еще не доходило. Сарада с замиранием сердца ожидала, когда он наконец прозреет. Всегда думала, что реакции отца испугается больше, но теперь же оказалось, что дожидаться реакции Наруто все-таки страшнее.
Затуманенный оптимизмом взгляд прояснился.
— Погоди-погоди, что? Уже?..
Он снова посмотрел на тест, словно там были написаны ответы на все его вопросы.
— То есть как это… Он вот уже… там?
Наруто наклонил голову многозначительно опустил взгляд на ее живот. Сарада покраснела. Он потянулся было пощупать живот, но так и не решился и снова сжал пальцы в кулак.
****
— Ты — наследница, — бросил старейшина с нескрываемым отвращением.
Хината посмотрела в его тусклые глаза. Они сидели в зале, том самом, где некогда проходили ее первые тренировки. Древний дом Хьюга давил пустотой и тяжестью. Эту пустоту и тяжесть они сотворили сами, веками шлифуя свои тела, мысли, узы… В первую очередь члены Хьюга и только потом — люди. Они жили под гнетом жесткой иерархии и заранее предрешенной судьбы — так настоялась тяжесть. Они с корнем вырывали свои чувства, принося себя в жертву клану. Так родилась пустота.