И всё же вот она сидит в машине в незнакомом дворе и, как похотливая самка павиана, предвкушает встречу с юной сексуальной девушкой.
Глядя на Вику, выходящую из подъезда, Елена успела подумать, что у слов «предвкушение» и «искушение» один корень, и галантно распахнула перед ней дверь взятой напрокат «Киа Рио». А затем, усугубляя, потянулась, чтобы помочь с ремнем. Щёлк – и девочка в западне.
– Поехали? – в сиянии зеленых глаз предвкушение не меньшее. По спине пробежал тревожный холодок, как будто она сидела в кабинке колеса обозрения, покачивающейся на ветру, и вот-вот должна была подплыть к верхней точке.
– Ты завтракала? – спросила Елена. В ней самой притаился голод совсем иного рода.
– Кофе пила, – Вика нетерпеливо подалась вперед. Ремень натянулся, рубашка сползла ниже, обнажая торчащие из-под воротника ключицы. Если дотронуться – можно почувствовать, как бьется голубая венка под белоснежной нежной кожей.
Елена завела мотор.
– Заедем купим что-нибудь в «Старбакс», это по пути.
– Можно, – Вика кивнула и расплылась в улыбке, будто они уже вступили в некий сговор, ничего не говоря напрямую.
Они взяли сэндвичи с курицей и грибами и две бутылки «Эвиана». В последний момент Елена купила еще и коробку с чизкейком – и, заметив довольное выражение лица, умилилась и тут же удивилась своей сентиментальности. С Аней всё было иначе – у нее был железный характер, склонность к черному юмору и замашки деспота. Но рядом с Еленой она становилась пушистой и ручной. Это заводило, ей даже нравилось, когда Самгина выпускала когти, знала, что та всё равно попросит прощения. Только вот в последний раз не дождалась…
Они увидели припаркованный прямо возле подъезда синий «Фольксваген» сразу, как только въехали во двор.
– Есть, – выпалила Вика. – Номер тот же!
– Вижу, – стиснув зубы, Елена медленно проехала мимо и остановилась за детской площадкой. Подъезд и авто хорошо просматривались. Им оставалось дождаться водителя.
– Будем надеяться, что он сегодня выйдет, – расстегнув ремень, она спросила: – Перекусим?
– О да, – с энтузиазмом поддержала Вика. – У меня на нервной почве прорезался аппетит. Чувствую себя персонажем триллера. Даже в дрожь кидает.
Елена повела плечами – стряхивая желание обнять и согреть. «По-моему, тебе холодно», – она покрутила регулятор, повышая градус до двадцати пяти.
Разворачивая сэндвич, Вика произнесла:
– Я пыталась разыскать этого Вадима в соцсетях вчера ночью. Ничего толком не обнаружила. Только то, что он играет в футбол.
– В футбол? – Елена приподняла бровь. – В смысле?
Вытащив свою порцию, она откусила и начала жевать. Сэндвич был вполне ничего. Она уже и забыла, когда так нездорово питалась.
– Его имя в списке футбольного клуба «Родина», он там нападающий. Рост 180, вес сто четыре, – оттарабанила Вика. – Бесполезная информация, конечно, но это пока всё, что есть.
– Понять бы, зачем этот футболист за мной таскается! И если это та же машина, что сбила Аню, то… – ей вдруг на мгновение стало трудно дышать. – Тогда это не просто несчастный случай.
Вика положила недоеденный сэндвич обратно в пакет и достала бутылку с водой.
– У нее были враги?
Елена пожала плечами.
– Враги – это слишком громко сказано. Завистники, недовольные… в бизнесе без этого не обходится.
Заметив, что Вика никак не может открутить крышку, она, не спрашивая разрешения, забрала у нее бутылку и принялась открывать ее сама.
– Например, прошлой весной у нее случилась неприятная история с администратором одного из спа-салонов. Та посчитала, что ее несправедливо уволили, подала иск в суд. Но Аня решила не связываться и пошла на мировую, заплатив компенсацию.
Наконец крышка, поддавшись, сдвинулась с места. Елена отдала бутылку.
– Спасибо, – сделав несколько глотков, Вика спросила: – А может, у нее была ревнивая бывшая или бывший?..
Из подъезда вышла пара и направилась к арке.
– Нет, – Елена проводила их глазами и снова посмотрела на Вику. – Когда мы начали встречаться, Аня была уже больше года одна. А до этого долгое время жила с женщиной, но они расстались друзьями. Просто чувства исчерпались. Так бывает.
Вика задумчиво качнула головой, и в эту минуту Елене захотелось, чтобы она сказала: «Знаю, у меня и у самой так сейчас». Подкованная в технике голубоглазая блондинка с ироничным взглядом и ногами от ушей навязчиво маячила на задворках сознания. Ее присутствие в Викиной жизни, словно знак «Стоп», мешало разогнаться по полной.