– Ну-ка, – опираясь на нее, Елена осторожно высунула голову. Вика вздрогнула, ощущая, как ногти впиваются в кожу через ткань рубашки.
– Полегче, – прошипела она.
– Прости, – Елена убрала руки с ее плеч. – Вот гаденыш, – пробормотала она и снова прижалась спиной к стене сарая.
Выпрямившись, Вика встала рядом с ней и, повинуясь внезапному порыву, поцеловала в висок. Елена повернула к ней голову и посмотрела в глаза так, словно собиралась сказать что-то важное. Может быть, даже судьбоносное. Вика затаила дыхание…
– Юля! – завопил громкий мужской голос откуда-то из дома. – Вы идете?! Я жрать хочу!
Бородин крикнул: «Сейчас» – и добавил что-то неразборчиво. Юля залилась переливчатым счастливым смехом. Качели скрипнули. Раздались удаляющиеся шаги. А затем наступила тишина, которую через пару мгновений нарушил стук закрывающейся двери.
Подождав некоторое время, Вика снова заглянула за угол. Во дворе покачивались пустые качели.
– Они ушли.
– Нам нужно подойти ближе, – Елена потянула её за кисть, – окна открыты – Олегу вечно дышать нечем. Может, что-то услышим.
Обогнув дом по узкой бетонной отмостке, они остановились под окном, из которого звучали голоса.
– Пережарила. Весь сок ушел.
Недовольный мужской баритон, очевидно, принадлежал Соловьеву.
– Нормальные битки. Олежек, тебе вкусно?
– Божественно, – пророкотал Бородин.
Вика бросила взгляд на Елену. На лице у той не дрогнул ни один мускул.
– Доложить тебе салату? – не унималась Юля.
– Да, солнце, спасибо.
Викино сознание на автомате отреагировало «блюющим смайлом».
Все умолкли. В тишине было слышно только жужжание шмеля, кружившего над клумбой возле их ног, и тихое позвякивание столовых приборов.
Почувствовав вибрацию, Вика вытащила из заднего кармана брюк телефон.
«Где вы?» – спрашивал Костя.
Она коротко написала о том, что происходит.
«Не лезьте никуда», – ответил Супруненко. «Буду через минут 25».
– Как она сегодня? – голос принадлежал Олегу. – Ты сделала то, что я сказал, по поводу договора с этим… как его?
– «Эмбоксом», – подсказала Юля, все еще жуя. – Не полуфилось. Она фесь день прошидела на месте… Совещание за совещанием. А потом Вадик приехал за мной.
Елена приподняла бровь. Вика открыла диктофон и, нажав на «Запись», протянула руку под самый подоконник.
– Плохо, – прокомментировал Бородин. – Нельзя, чтобы она успокаивалась. Пусть думает, что не помнит ничего. Пусть орет и истерит. Все должны видеть, что у нее крыша едет.
Вика приоткрыла рот от изумления и с тревогой взглянула на Елену. Лицо у той по-прежнему оставалось неподвижным, только глаза сузились в недобром прищуре.
– О, кстати, меня на днях финдир спросила: типа, не знаю ли я, что с Бородиной? Сказала ей по секрету, что никак отойти от смерти Анны Николаевны не может.
– Вот-вот, хорошо, – удовлетворенно произнес Олег. – Ну, так чего вы приехали? Что за срочность?
– Приехали, потому что я заебался ждать, – хриплый баритон звучал агрессивно. – Мы уже дохуя долго возимся с твоей бабой! Чего мы еще ждем?
– Мы не ждем, мы действуем, создаем достоверную картину…
– Хуину, блядь! – громко сказал Вадим. – Всё. Хватит мне эту лапшу на уши вешать. Ты сказал, она мою тачку пару раз увидит и сразу с катушек слетит. Я, блядь, за ней с мая как гондон катаюсь.
– И это сработало, ты же видел… – Бородин попробовал его перебить, но, похоже, Вадик его не слушал:
– Потом еще в пидорской шапке красной за ней гуляю. Что ты, блядь, еще придумаешь, чтобы время потянуть?
– Вадик, ну хватит.
Робкий голос Юли тут же заглушил Бородин:
– Я не тяну время! Успокойся, всё идет по плану. Все уже видят, что с ней что-то не так… но еще недостаточно. Я хочу, чтобы никто вообще не удивился, когда она якобы покончит с собой. Ни мать, ни дядя, ни коллеги… мы уже близки к цели…
Не веря своим ушам, Вика подняла телефон чуть выше и покосилась на Елену.
– Хватит пиздеть! – перебил его Соловьев. – Ты что обещал? Врачихе ее покажешь, и мочить будем. Так чего теперь-то резину тянешь, хуеплёт?
Скулы Бородиной напряглись, кожа побледнела, а глаза засверкали. Сейчас она походила на хищника, готовящегося к броску, и это показалось Вике невыносимо сексуальным.
– Вадик, ну успокойся. Что ты разорался?! – опять вмешалась Юля. – Олег знает, что делает, у него все под контролем! Не надо его торопить.
– Да блядь! Ты вообще заткнись! – от громкого стука по столу задребезжали даже стекла в оконных рамах. – Сейчас не посмотрю, что ты мне сестра, и схлопочешь по ебалу. Дура безмозглая. Соображать начни! Или тебя только хуй его интересует? А я ему его сейчас оторву и в жопу засуну. Иди сюда, ебаный ты кибасос. Скажи, что ты ссышь просто. Давай…