– Помнишь, какого числа мы установили камеру?
Вика повернулась: брови у Елены напряженно сошлись на переносице. Вот бы сейчас поцеловать ее в маленькую вертикальную складку, образовавшуюся на лбу. Что бы она сказала? Как бы отреагировала?
– Двадцать четвертого.
Пометив дату, Елена произнесла:
– Передай, пожалуйста, еще раз спасибо своей девушке.
– Мы больше не вместе, – Вика затаила дыхание, ожидая вопроса «Почему?»
– Извини, – сказала Елена, продолжив писать.
На бумаге выстраивались ровные ряды слегка наклоненных вправо букв. Строчки складывались в личную Еленину драму, в которую никак не вписывались Викины чувства и эмоции.
– Не думаю, что тебе жаль… – она не стала договаривать, ощущая, как слова вязнут в густом киселе чужой беды.
Елена некоторое время молча дописывала, наконец, поставив размашистую подпись, резюмировала:
– Недооценила я Олега. Знала, что он деньги любит, но чтобы так… – она усмехнулась.
– Дело в деньгах?
– Думаю, да. У нас оговорено в брачном контракте, что я не претендую на его гонорары и проценты с продаж, а он – на мой бизнес. Когда мы его составляли, я только открыла фирму, а он еще рассчитывал заработать миллионы на своем втором романе. В общем, если бы мы развелись, он остался бы ни с чем.
– А в случае твоей смерти он всё наследует?
– Не всё, но контрольный пакет достался бы ему…
Бородина аккуратно положила лист в папку.
– У меня все деньги в дело вложены. Видимо, он не слишком осознавал масштабов, но когда Фарков предложил за компанию два миллиона долларов, понял, что нельзя птицу удачи из рук выпускать, – Елена усмехнулась. – В общем, что тут говорить… гадко все это, – она закрыла папку и, меняя позу на более удобную, слегка отодвинулась к окну. – А теперь еще и полиция вмешается… – она кивнула в сторону Кости, который как раз направлялся к машине.
– Готово? – спросил он, садясь в джип.
– Вот, – Елена отдала ему папку. – Проверьте, всё ли там в порядке. Может, я что-то упустила или не так написала.
Костя быстро пробежал глазами по тексту.
– Вроде всё нормально. Мы сейчас заедем в управление на Новослободской. Там нас ждут уже.
Они вышли из джипа и сели в Киа.
– Хороший парень, – сказала Елена и завела машину. Мотор заурчал с какой-то грустной безнадежностью, и Вика, ответив: «Да, замечательный», откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза.
Примечание:
Гиперестезия (болезненно повышенное половое влечение) – одной из существенных аномалий половой жизни является ненормальное увеличение половых ощущений и представлений и вытекающая отсюда сильная и частая потребность в половом удовлетворении.
Часть 11. Интрапсихический конфликт
Костя встретил Вику с Бородиной у входа в семиэтажное кирпичное здание управления и, сверкнув пропуском перед дежурным, повел их к лифту. Взлетев в нем на шестой, они побрели следом за Супруненко по сумрачному коридору, устланному темно-бордовым ковролином, до покрытой лаком дубовой двери с табличкой «Полковник Давиташвили Майя Ираклиевна, заместитель начальника главного следственного управления МВД г. Москвы».
В просторном кабинете за большим столом их ожидала хрупкая рыжеволосая женщина в темно-синей форме. Поздоровавшись, она кивнула на стоящие в ряд перед столом стулья: «Присаживайтесь».
Вика расположилась подальше, чтобы не маячить. Ее роль и статус во всей этой истории были довольно размытыми, и сейчас в официальной обстановке она чувствовала себя странным персонажем с неясными мотивами. Ей казалось, что еще немного – и эта худощавая полковница нахмурится недоуменно и спросит: «А ты, девочка, что тут вообще делаешь?»
Но Майя Ираклиевна обращалась только к Елене, изредка посматривая на Костю чуть насмешливым строгим взглядом вышестоящего начальника, который всегда всё знает лучше любого подчиненного.
– Константин Юрьевич переслал мне запись и копию вашего обращения. Мы собираемся возбудить дело о покушении на убийство группой лиц по предварительному сговору, – она произнесла это со спокойной, почти мечтательной интонацией, так, словно рассказывала о планах на отпуск. – Завтра будут работать две группы: одна будет в машине возле вашего дома, займется задержанием вашего мужа, а вторая параллельно будет работать по Соловьеву и Винокуровой. Супруга вашего будем брать после того, как он добавит в бокал снотворное и выйдет к соседке.
– Хорошо, – Елена пожала плечами. – Я в этом не разбираюсь, если вы считаете, что так лучше…
Ярко-голубые глаза Майи Ираклиевны хитро прищурились.