Быть может, всё не так ужасно, как ей казалось сперва? Быть может, и вообще ничего трагического не произошло? Ну, она просто поторопилась и сделала преждевременные выводы, и потому так огорчилась, когда оказалось, что выводы эти неверны. Но…
Но ему точно, точно не всё равно!
Люди, которым всё равно, так себя не ведут!
А, если ему не всё равно, то всё ещё может быть, ведь правда? Ведь правда же!
Разгоревшийся исподтишка огонёк надежды глушил все доводы разума. Сердце забилось часто и радостно; Илии показалось, что она снова дышит полной грудью, что у мира снова появились краски и запахи, что за спиной опять выросли крылья!
Умом она ещё говорила себе: «Нет, глупости, глупости! Никогда его не прощу!» — но внутри себя уже твёрдо знала, что точно придёт завтра на тренировку.
Вечер она провела в нервическом волнении, постоянно передумывая про себя, и снова и снова крутя в голове старые доводы по очередному кругу. Ночь тоже прошла беспокойно: она несколько раз просыпалась с твёрдым намерением переменить решение, теперь уж окончательно!
…но утром, замирая от волнения и страха, она всё-таки пришла.
Он тренировался один; отрабатывал серию коротких быстрых ударов. Заметив её приход, на секунду прервался, велал:
— Разминайся! — и вернулся к своему делу.
Сердце Илии ёкнуло. С одной стороны, от обиды, что он повёл себя так обыденно, как будто был уверен, что она придёт; с другой стороны — от облегчения, что, действительно, всё происходит как обычно, как будто ничего и не было, и можно благополучно сделать вид, что в самом деле вообще ничего не было.
Эта иллюзия — что будто бы вообще ничего не было — странным образом помогла ей вернуть спокойствие.
Привычно выполнив упражнения разминки, она взялась за меч; весело ухмыльнувшись, он немедленно перешёл к очередному уроку.
— Ну, теперь у тебя, по крайней мере, будет стимул учиться старательнее, — сострил он, и на недоумение в её глазах расшифровал: — Чтобы хорошенько меня побить.
Напоминание о том, что у неё действительно есть причина желать хорошенько его побить, заставило её поморщиться.
— Так себе стимул!.. — пробормотала она сквозь зубы, вскидывая меч в верхний хват.
— Могу усугубить, — незамедлительно предложил он, сперва обозначая удар, а потом его нанося.
Илия с трудом его приняла — верхние удары ей давались тяжело, потому что пока не хватало сил в руках, чтобы удержать федершверт правильно. Ей ещё кое-как удавалось это в стойке, но, стоило Рийару атаковать, а ей — парировать, как её меч начинал дрожать, как овечий хвост.
— Вот даже не сомневаюсь, — раздражённо прошипела она, пытаясь встать в правильную позицию.
Он отступил, она тут же с облегчением опустила руки.
Приняв какую-то совершенно пафосную позу и гордо воздев меч к потолку, Рийар наставительно изрёк:
— Правильный стимул — ключ к успеху в обучении!
Илия невольно рассмеялась.
— А можно менее радикальными методами, мастер? — со смешком попросила она.
Вернувшись в обычную стойку, он отметил:
— Ты не знаешь, чего ты просишь, безумная, но, так и быть! — и принялся гонять её на скорость отработки ударов.
Из зала Илия в тот день выходила с мелко дрожащими руками, которые никак не хотели успокоиться после нагрузок, и ей даже не удавалось ничего написать, потому что пальцы не слушались и роняли предметы.
Поглядев на это безобразие, Леон сдержанно отметил:
— Рийар что-то вообще берегов не видит, — и всучил ей очередную книгу для чтения.
Илия сперва не поняла, как она будет её конспектировать в таком состоянии, но по первой странице вдруг обнаружила, что книга — художественная.
Правда, про сыщика.
— Читайте, читайте, — махнул на неё рукой Леон и добавил: — Иногда нужно давать отдых мозгам.
Илия язвительно подумала, что своему собственному совету он явно никогда не следует, но озвучивать этого не стала.
В конце концов, книжка и впрямь оказалась безумно интересной, и она проглотила её за день.
Глава четырнадцатая
Леон перечитал собственные записи, которые касались похищения артефакта, и обнаружил в них очевидную вещь, которая давала ключ к разгадке.
Он допросил на предмет утечки информации всех, кто мог быть связан с этим делом, — кроме одного человека.
Убитого при нападении боевика.
«Это же очевидно!» — воскликнул про себя Леон, досадуя, что не подумал об этом раньше.
Естестественно, лучшим средством скрыться от магического поиска было попросту убить информатора — что нападающие и сделали! Смерть в стычке выглядела вполне естественной и не вызвала вопросов, поэтому следы удалось затереть идеально. Следствие и не могло обнаружить источник утечки — поскольку сам этот источник был мёртв.
Здесь, конечно, возник вопрос, как теперь доказать, что утечка данных произошла именно через убитого боевика? И тем более — как через этот факт выйти на след преступников?
Он решил привлечь к делу Илию — она-то точно лучше понимала, что может или чего не может поисковая магия!
— Даже не подумала об этом варианте! — горестно воскликнула Илия, когда он ввёл её в ход своих мыслей. Она снова была чрезвычайно огорчена тем, что не смогла до чего-то додуматься сама, пока ей не указали прямо.
— Справедливости ради, в этот раз и я об не подумал, поэтому теперь чувствую себя полным идиотом, — признался Леон.
Конечно, против версии с охранником были свои аргументы — так, он не мог знать о перевозке артефакта заранее, поскольку командир его отряда получил приказ непосредственно перед выездом. Но это несоответствие легко решалось: охранник мог готовиться заранее, и нанятый им отряд мог дислоцироваться где-то в ожидании и выступить по сигналу моментально. Он поделился этой мыслью с Илией, и она оживлённо закивала:
— Да, можно найти то место, где они ожидали сигнала, — согласилась она, доставая лист и начиная записывать приходящие ей в голову поисковые схемы. — Или то место, где он их нанимал, точнее… — поправилась она: — Свидетелей того, что он их нанимал! — она лучезарно улыбнулась, довольная тем, что так хорошо сформулировала задачу. — Можно также попытаться найти место, куда он планировал спрятать артефакт. — Версии закончились, и она, нахмурясь и закусив губу, смотрела теперь на свой листок весьма недовольно.
Ему показалось, что она выглядит очень мило.
— Впрочем! — вдруг просияла она. — Чтобы доказать, что сговор вообще имел место, можно просто поискать точную дату и время такого сговора! А ещё — место и время получения нападавшими информации о перевозке!
Она записала ещё несколько пришедших ей в голову идей такого рода. Она выглядела крайне довольной тем, что может помочь следствию.
— Благодарю вас, — забрал у неё исписанный листок Леон и не преминул сделать комплимент: — Вы действительно хорошо разбираетесь в том, как работает поисковая магия.
Она смущённо и радостно зарделась, и он снова ею залюбовался.
…однако, несмотря на такое обилие продуктивных вроде бы идей, следствие неожиданно завязло. Нет, найти место, где нападавшие ожидали сигнала, удалось — это была небольшая поляна, никак не похожая на убежище, где этого сигнала ждали много дней. Версия снова стала казаться Леону слабой, и следующим шагом он выбрал поиск места, где охранник сговорился с нападающими — и даже не удивился, когда Айриния поймала эффект «ищу то, чего нет».
Окончательно версия рассыпалась, когда отошедшая от этого эффекта Айриния поискала время и место получения нападающими информации о перевозке.
Место ничего не могло сказать нового — это была одна из городских таверн. А вот время…
Нападавшие получили информацию о перевозке артефакта на другой день после того, как её получил сам Леон. Что исключало возможность участия в этой цепочке охранников.