За несколько секунд до услышанных мною шагов сумасшедшей, я успела перетереть веревку. Быстро бегаю глазами в надежде куда-нибудь спрятаться. Лучше места не нашла, чем за сундук и черный пакет.
Ольга Павловна сразу увидела мое отсутствие и начала искать по всему подвалу. А я сидела возле этого сундука и чуть ли не теряла сознание от вони. Это был очень противный запах. Трупный. И холод по всему подвалу, возможно, придерживал его, но не убирал. Я предполагала, что там, но надеялась, что ошибаюсь.
Внимательно смотрела за движениями учительницы по подвалу. Она скрылась в самом дальнем углу. Это шанс.
Я выскочила из-за сундука, но задела шуршащий пакет и тем самым привлекла внимание монстра. Она с воплями рванула в мою сторону. Я взлетела на лестницу, но она схватила меня за ногу и я рухнула на железные ступеньки. Около брови потекла теплая кровь.
Она хватала меня и тащила к себе. Я стала кричать, что было сил и молиться, чтобы хоть кто-то услышал его. Когда уже не осталось сил, послышалось топанье. Я собрала последние силы и крикнула изо всех оставшихся сил: «Помогите!».
А затем мой рот заткнула Ольга Петровна и поволокла вниз. Сил сопротивляться у меня не было.
Топанье набирало громкость и на том конце лестницы показались две фигуры.
- Дарина! – знакомый голос крикнул и поспешил на помощь, вторая фигура следом.
Не знаю, откуда столько силы и этой женщины, но она меня отшвырнула в сторону и схватила нож, который принесла вместе с плазмаферезом.
-Ольга Петровна, положите нож. Не усложняйте ситуацию, - начал осторожно Глеб.
- Ага, разбежалась, -махала она перед носом.
- Сюда едет снаряд, - выкрикнул Тема.
- Ах, ты паршивец! – шипя, налетела на него Ольга Петровна.
Глеб пытался их разнять, но потом взял первый попавшийся тяжелый предмет и ударил им по голове Ольгу Петровну.
- Ты как? – спросил парень у Ловчука.
Тот ответил положительно. Борзов ринулся ко мне.
- Она тебе не успела ничего сделать? – осматривал меня Глеб.
У него самого на щеке красовалась глубокая царапина от ножа.
- У тебя кровь, - сказала я.
Тот лишь отмахнулся, сказав, что ничего страшного.
- А вы как тут? – поднимаясь с помощью Глеба, спрашивала я.
- У Ловчука совесть проснулась и он все рассказал мне, - я лишь грозно посмотрела на Артемия.
Я не понимала злиться мне на него за то, что он вообще к этому причастен, или благодарить за помощь.
В подвал ворвалась полиция, и нас окружили.
***
На улице нас встретила скорая, которая сразу же осмотрела нас и оказала помощь. Затем полицейские задавали вопросы. Позади них я видела, как уводили Ольгу Петровну. На ее лице сохранялась вся та же ехидная, сумасшедшая улыбка. В ней не было ни капли жалости к тому, что она натворила. Кто бы мог подумать, что за таким, милым на первый взгляд, человеком, скрывается монстр.
Вскоре нас отвезли в участок, а оттуда забрал меня папа.
Несколько дней еще длился опрос. Нам досконально приходилось все рассказывать полицейским.
Школу на некоторое время прикрыли, все сидели на домашнем обучении. Артемия ждал суд, где будет решаться его дальнейшая судьба. Ольгу Петровну признали психически нездоровой и отправили в психбольницу.
Полицейский рассказал, почему у Ольги Петровны была такая жажда получить кровь: ее дочь была больна острым лейкозом. Она пыталась вылечить, но болезнь была обнаружена поздно. На этой основе Ольга Петровна свихнулась. Она пыталась найти лекарства и помочь уже мертвой Кате. Под удар попался Артемий, которого она заставила подчиняться ей. А у паренька не было выбора.
Моя теория про сундук оказалась верна. Там были все трое ребят. За этой промежуток времени их тела начали уже гнить. Когда полицейский сообщил об этом, дальнейшие его слова были как в тумане. Снова нахлынули те чувства, как тогда, когда я узнала о пропаже Лены. Снова будто переживаешь все это.
С раннего утра шел дождь, будто оплакивая ребят. На похороны приехал Сева. Мы стояли под зонтом и смотрели на эти три свежие могилки. Было много народу, включая всех одноклассников и друзей. Пришла и Ева, как ни странно, она была тихая.
Лена – только начала раскрываться с Севером и меняться к лучшему, как какая-то сумасшедшая решила, что ей виднее кому жить, а кому нет.
Катя – хоть и вредина, но тоже не предполагала, что ее молодая жизнь прервется так рано.
А Костя… Костя, оказывается, вообще был случайной жертвой. Его пришлось убить, так как он заметил убийство Гаврилиной.
Вдалеке я заметила их, всех троих.
Они стояли и смотрели на мое приближение к ним. На улицах была немного заметная улыбка. А на моих глазах слезы. Это был последний раз, когда я вижу их.