Стаскиваю с него домашние брюки вместе с боксерами. Стогов помогает мне, приподнимает бедра всё с той же невозмутимой ухмылкой на лице. От которой не остаётся и следа, как только я касаюсь губами бархатной плоти. Андрей сейчас напоминает хищника, затаившегося и замершего, чтобы не спугнуть добычу. Но я не собираюсь отступать.
Однажды, когда мы с моей соседкой по комнате болтали перед сном, я спросила её, что она думает о таких ласках. Оксана сказала мне тогда, что это давно уже считается нормой и нравится всем мужчинам. И что мой тоже не исключение и хотел бы этого от меня.
— Я думаю, тебе и самой понравится, раз ты так на него запала, — заявила она мне тогда с ухмылкой. — Смотри, не порань его только.
Мне действительно нравится. Нравится ощущать на затылке его тёплые ладони, которые аккуратно направляют, задают неторопливый чувственный ритм. Нравится та эмоциональная буря, которая сейчас бушует в его затуманенных страстью глазах. Нравится чувствовать, как сильнее напрягаются его бедра, слышать его резкое, прерывистое дыхание, его тихий стон, нравится переживать апогей его наслаждения вместе с ним.
Андрей тянет меня наверх, обхватывает ладонями моё лицо и покрывает быстрыми поцелуями.
— Моя сладкая, нежная девочка, — бормочет, прижимая к себе.
Я чувствую себя такой желанной и особенной в его руках. Оказывается, дарить такое интимное удовольствие так же восхитительно, как и его получать.
С этими мыслями я незаметно уплываю в глубокий сон без сновидений.
Внезапно проснувшись, встречаюсь с ласковым взглядом серых глаз.
— Привет, спящая красавица, — опершись на локоть, Андрей другой рукой поправляет упавшую мне на лицо прядь волос.
— Уже пора вставать? — озираюсь в свете ночника и пытаюсь определить, который час. Зимой светает поздно.
— Ещё рано, спи, — вопреки сказанному, его рука отправляется путешествовать по моему телу, подогревая утихшую страсть.
Когда его ладонь ложится между моих бёдер, он останавливается и внимательно вглядывается мне в лицо.
«Он спрашивает», — понимаю я. Теперь всё зависит от моего решения. В голове предупреждающе звучит строгий голос мамы. Но после всего, чем мы с Андреем занимались, я не ощущаю себя невинной девушкой. И даже если вдруг у меня с ним не сложится, разве не будет честным сейчас дойти до конца? К тому же я очень хочу, чтобы именно он стал моим первым мужчиной. И я решаюсь. Расслабляюсь и немного шире развожу ноги, давая таким образом понять, что согласна.
Глаза Андрея ярко вспыхивают.
— Я осторожно, — шепчет он. Его губы касаются поцелуем моих.
Это больно. У меня низкий болевой порог, я очень плохо переношу боль. И это ещё одна причина, по которой я оттягивала этот момент. Девчонки из общежития рассказывали, как ужасно всё происходит в первый раз.
Мужчина не спешит, он осторожен и нежен, как обещал. И всё же это не избавляет меня от неприятных ощущений. Когда он подхватывает меня под бёдра и заполняет собой, я крепко зажмуриваюсь и вцепляюсь в его плечи. Андрей замирает, давая мне время привыкнуть к нему.
— Ты как? — спрашивает тихо.
— Нормально, — выдыхаю. — Всё нормально.
Боже! Кто пишет эти любовные романы! Где это сменяющее боль удовольствие? Эти оргазмы в первый раз? Я чувствую только боль. Боль и желание, чтобы это быстрее закончилось. И накатившую волну облегчения, когда Андрей, наконец, меня отпускает.
Садится рядом, лениво гладит по животу и смотрит на меня. Смотрит по-новому, остро, пристально, оценивающе.
— Ничего не хочешь мне сказать? — холодный тон, каким он задаёт этот вопрос, приводит меня в замешательство. Не так я представляла себе свой первый раз. И я не понимаю, что от меня хочет услышать Стогов.
Глядя на моё растерянное лицо, мужчина усмехается:
— Ладно. Нет так нет. Я в душ.
Он поднимается и уходит. Хотя в квартире тепло, мне становится зябко и неуютно. Я не понимаю, почему мой страстный и ласковый любовник вдруг стал таким чёрствым и равнодушным. Запоздало вспоминаются слова мамы про «получил, что хотел». Низ живота неприятно ноет.
Но главное потрясение ждёт меня впереди. Я не замечаю следов нашей с ним первой близости. Тех самых, о которых столько написано в любовных романах как о непременном атрибуте невинности девушки. Как же так? Андрей мой первый мужчина. Тогда почему? Поэтому он так холоден со мной, догадываюсь я только сейчас. В смятении натягиваю футболку, сажусь на кровать и жду его возвращения. Я не знаю, как он поведет себя теперь. Боюсь даже думать, кем я выгляжу сейчас в его глазах.