Мне достается слово «Пантагрюэль»***, Машка постаралась. Устраиваю целое представление. Обжора, колобок, великан, кит, даже Обеликс и Робин-Бобин — звучат предположения. Обречённо вздыхаю и смотрю на Лёшку. Показываю на него, на себя и на свою голову, на которую якобы надета корона. Он расплывается в своей озорной улыбке:
— Принцесса!
Киваю и снова показываю огромный живот, огромный рост и имитирую процесс еды.
— Принцесса — великан? Фиона? Принцесса — обжора?
Показываю на корону на голове и на Лёшку.
— Принц — великан — обжора? Тролль? Шрек?
Делаю вид, что читаю.
— Книга? Библиотека? Литературный персонаж?
— Гаргантюа? Пантагрюэль! — наконец, выдаёт Светка незадолго до того, как в часах осыпаются последние песчинки.
— Да! — радостно тычу указательным пальцем в подругу под победные вопли остальных членов нашей команды.
— Между прочим, не все здесь филологи, некоторые юристы, и не знают таких слов, — замечает темноволосая девушка с короткой стрижкой.
Я хитро улыбаюсь, пишу на клочке бумаги слово и протягиваю ей. Девушка, наморщив лоб, таращится в записку:
— И как мне это объяснять?
— Ты юрист, у вас в команде тоже юристы — объясняй, время пошло, — весело парирую и переворачиваю песочные часы.
— Что ты ей написала? — шепчет мне на ухо Светка.
Показываю ей слово на бумажном листке: «шикана» ****.
— Чего? Ты откуда таких ругательств набралась? — прыскает она.
Я хихикаю.
— От своего Андрюшеньки, всё ясно, — делает вывод Светка.
Игра затягивается на полтора часа. Когда все, наконец, решают сделать перерыв, Маша снова берётся за гитару. Откидывает назад небрежно заплетённую чёрную косу и начинает неспешно перебирать струны.
А мне среди этой кутерьмы хочется услышать Андрея. Что бы я там ему ни говорила, он прав: я очень скучаю по нему, когда его нет рядом.
Оглядываюсь на Светку. Данил что-то увлечённо ей рассказывает, а она кокетливо улыбается, бросая на него короткие быстрые взгляды из — под опущенных ресниц. Вот вам и перевелись мужики, ну-ну! — с усмешкой вспоминаю её слова.
— Ой, то не вечер, то не ве-е-чер… — низкий глубокий голос Марии тягуче наполняет пространство комнаты и просачивается в тускло освещённый коридор, куда я выхожу, чтобы отправить сообщение своему мужчине:
«Привет! Как добрался?»
И уже через несколько мгновений принимаю входящий вызов от Стогова.
— Хотел набрать тебя немного позже. Как проводишь время? Всё хорошо? — слышу родной голос.
— Да, всё хорошо. Но скучаю по тебе, — признание легко слетает с губ.
— Завтра увидимся, — мягко звучит из трубки.
Поговорив ещё несколько минут, отбиваю звонок и так стою некоторое время, вглядываясь через закрытое окно на призывно мерцающие огни вечернего города.
— Скучаешь в одиночестве, принцесса? — неожиданно крупные мужские ладони ложатся мне на плечи.
–——–—–
* «Крокодил» — игра, участникам которой нужно показывать и отгадывать слова или выражения при помощи жестов, движений и мимики.
** Виктор Цой «Видели ночь».
*** Один из главных героев романа Ф.Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль», великан-обжора, принц королевства Утопия.
**** В юриспруденции термин, обозначающий злоупотребление своим правом, использование своего права исключительно для того, чтобы нанести ущерб интересам другого лица.
Вздрагиваю и резко отстраняюсь, повернувшись лицом к нарушителю моего уединения:
— Напугал! — шиплю раздражённо и досадую на себя: так задумалась, что не услышала, как подкрался, не увидела его в отражении стекла.
— Такая пугливая? — игриво ухмыляется Лютиков.
— Лёш, что ты ко мне пристал? Что тебе нужно? — хотя я давно не появлялась в общежитии, парень постоянно находил возможность увидеться со мной на факультете во время перемен, подшучивал, флиртовал, звал на свидания.
— Ты. Ты мне нужна, — прямо и просто заявляет Алексей, гипнотизируя меня лазурью своих глаз.
Только я на его обаяние не поддаюсь.
— Мы с тобой больше года знакомы. И ты ни разу не проявлял ко мне интереса как к девушке. Почему сейчас? Почему не тогда, когда я была свободна?
— Дурак был, — винится, удручённо опустив голову, и окатывает прожигающим взглядом исподлобья.
И я бы поверила в искренность его слов, если бы не одно обстоятельство. Которое я прямо сейчас собираюсь проверить.
— Ты никогда не был дураком, Лёш, — скрещиваю руки на груди и пристально вглядываюсь в его лицо. — Ты… поспорил на меня, да? Поспорил, что отобьёшь меня у Андрея? — и по его реакции, по тому, как заблестели и забегали вдруг его хитрые глазки, делаю вывод, что моя догадка попала точно в цель.