Наверное, было бы правильно представить их друг другу и продолжить наш разговор втроём. Но я не готова, совсем не готова сейчас делить внимание моего сероглазого идеала с кем бы то ни было.
— Свет, — прошу немного виновато, — я сейчас приду.
Мы дружим уже второй год, с тех пор, как вместе поступили на один факультет, и понимаем друг друга с полуслова. Светка, хотя и неодобрительно поджимает губы, но забирает свою сумку и направляется на выход.
— Подожду на улице. Недолго, ладно?
Как только мы с Андреем остаемся вдвоём, возникшая между нами магия притяжения окутывает с новой силой. Мы оба это чувствуем. Я вижу это по тому, как хищно блестят предгрозовым оттенком серые глаза, скрестившиеся с моими карими. Ощущаю, как невидимые токи зарождаются в месте соприкосновения наших рук и мириадами искр разлетаются по всему телу, которое вдруг наполняется древним, как мир, желанием. Горячие хмельные волны одна за другой разносятся по венам вместе с бешеным током крови, разгоняемым гулко стучащим сердцем, вызывая жжение в груди, приливая к щекам и опаляя их густым жаром.
Эти ощущения, такие новые для меня, дезориентируют и выбивают из колеи, но невозможно, немыслимо ни прекратить, ни отказаться от них.
В себя приводят громкие голоса и грохот отодвигаемых новыми посетителями кофейни стульев. Я стыдливо оглядываюсь, боясь обнаружить любопытных свидетелей нашей интимности. Но, к счастью, никому нет дела до того, какая эмоциональная буря только что пронеслась над нашими с Андреем головами.
— Ты так и не ответила, — виновник моего смятения возвращается к прерванному разговору. — Погуляешь со мной в субботу?
А я вдруг чувствую себя маленьким кроликом, который вот — вот попадет в лапы опытному хищнику. Если я сейчас соглашусь, с ним не будет так, как с другими. Он не из тех, кто поведется на женские уловки и даст собой манипулировать. И вести в отношениях будет он. Да, вот так мягко и ласково, как он сейчас поглаживает каждый мой пальчик, держа в своей теплой большой руке, так проникновенно, как смотрит на меня своими глубокими серыми глазами, он постепенно завладеет моим сердцем, и однажды — я вдруг понимаю это с особой ясностью — я не смогу сказать ему «нет», чего бы он от меня ни потребовал.
— Соглашайся! — искушает его бархатный голос. — Погуляем по набережной. Покатаемся на теплоходе. Угощу тебя кофе и мороженым.
Наверное, будь я более опытной в любовных делах, я бы испугалась этой маячащей передо мной зависимости от такого мужчины, бежала бы от него, не оглядываясь. Но мне ещё нет и девятнадцати, я только-только вырвалась из-под опеки родителей и готова рискнуть, готова броситься в этот опыт с головой, не думая о последствиях! Я не упущу этот шанс, не откажусь от того, что обещают мне эти манящие серые омуты. Вот только…
— Ты женат?
Обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки моего собеседника отсутствует, но ведь не все мужчины его носят.
— Я бы не стал звать тебя на свидание, если бы был женат, — Андрей говорит серьёзно, словно я предположила что-то немыслимое.
— И девушки нет? — мне не верится, что такой, как он, даже не в отношениях. Женщины мимо таких не проходят.
— Я абсолютно свободен. Я не обману тебя, Ульяна.
Смотрит открыто, прямо, не давая зародиться ни тени сомнения, что он нечестен со мной. Дает мне несколько мгновений, чтобы осознать озвученное им, и затем продолжает:
— Теперь скажешь мне «да»?
— Да, — подтверждаю своё согласие едва заметными кивками головы и сама поражаюсь, какой лёгкостью охватывает всё моё существо, как будто только что я приняла своё самое важное и самое правильное в жизни решение.
Серые радужки вспыхивают удовлетворением. Он, наконец, отпускает мою руку.
— Я заеду за тобой в субботу в час. Какой у тебя адрес?
— Не надо заезжать. Давай встретимся на набережной, — предлагаю свой вариант, и пусть моя реакция покажется странной, я не изменю заложенному в меня родителями правилу: нельзя садиться в машину к незнакомому мужчине. Даже если этот мужчина настолько хорош, что от одного его вида у меня дыхание сводит.
На лице Андрея едва уловимо мелькает недоумение, но он не возражает. Достает из кармана пиджака мобильный:
— Тогда дай мне свой номер телефона.
Называю цифры, а затем и свою фамилию — Смирнова. Мужчина забивает данные и тут же набирает.
— Это мой, сохрани. Андрей Стогов, — поясняет, как только раздается трель моего мобильника, — в субботу в два буду ждать тебя у двадцать третьего причала. А сейчас беги — подружка заждалась.