— Пойдем, — сказал Питер, схватив ее за руку.
Дармут-стрит имела четыре полосы, разделенные слегка приподнятой бетонной платформой. Выбрав момент, они перебежали первые две, немного помедлили, потом преодолели последние. Питер свернул налево и прошел мимо входа в метро.
— Что ты делаешь? — прошипела Ноа. — Я думала, мы сядем на поезд!
— Верь мне.
Питер втащил ее в японский ресторан и огляделся по сторонам. Все было спокойно — обычная толпа людей, спешащих по своим делам в центре города. Несмотря на холод, на улице было довольно много народа, и у каждого была своя, вполне определенная цель.
Из торгового центра вышел парень в бейсболке «Ред Сокс». Когда он принялся изучать улицу, они шагнули в глубь ресторана. Пожилая женщина в ветхой меховой шубе протиснулась мимо Ред Сокса, но он даже не посмотрел в ее сторону. Он не сводил глаз с входа в метро; правая рука застыла около уха, губы шевелились.
— Нужно отсюда уходить! — решительно сказала Ноа.
Она была права — со своего места тип в бейсболке не мог их увидеть, но стоило ему пересечь улицу и свернуть налево, и он оказался бы рядом с ними.
— Одну минуту, — сказал Питер. — Расслабься.
Ноа что-то проворчала себе под нос, но не сдвинулась с места.
Неожиданно слева появился еще один парень, всего в десяти футах от них. Должно быть, вышел со станции «Бэк-бэй». Ноа приподняла бровь и посмотрела на Питера. Тот почувствовал себя реабилитированным. Ему не хотелось входить на станцию — очевидный выбор для всякого, кто покинул торговый центр. Второй парень пересек улицу и остановился возле Ред Сокса. С минуту они разговаривали, потом подошли к краю тротуара. Еще через минуту подкатил черный джип, и оба сели в него.
Машина уехала. Питер облегченно вздохнул.
— Ты не мог бы вернуть мою руку? — спросила Ноа.
— О, да, извини.
Питер и не заметил, что все это время сжимал ладонь Ноа. Она сделала вид, что ей больно, и потрясла рукой.
— Ты умно поступил, — скупо похвалила его девушка. — Мне не пришло в голову, что нас ждут на станции.
Питер пожал плечами, изо всех сил сдерживая улыбку.
— Я решил, что будет лучше немного подождать.
— Интересно, почему они уехали? — меланхолично поинтересовалась Ноа. — Мне кажется, было бы разумнее позвать на помощь больше людей. Они же знают, что мы где-то рядом.
— Именно по этой причине нам нельзя оставаться на месте, — твердо сказал Питер.
— Верно, но куда нам идти?
— На самом деле, — Питер улыбнулся, — я знаю одного человека, который может нам помочь.
Глава
11
— А почему ты думаешь, что здесь они не станут нас искать? — нервно спросила Ноа, переминаясь с ноги на ногу.
Она перекинула сумку на левое плечо, потому что у нее затекла шея. Однако продолжала чувствовать фантомный вес справа.
— Верь мне, такая мысль не придет в голову моим родителям. Они не знают, что мы поддерживаем отношения.
Питер снова нажал на кнопку дверного звонка.
— Может быть, он на работе? — спросила Ноа, потирая руки.
Ей стало казаться, что она уже никогда не сможет согреться. Они покинули станцию «Бэк-бэй», сели на автобус и с тремя пересадками добрались сюда. Теперь они были в полной уверенности, что им удалось уйти от слежки. Конечно, метро позволило бы им добраться до места быстрее, но они решили, что лучше не рисковать.
Питер не стал ничего рассказывать о таинственном незнакомце, который, как ему казалось, согласится их принять, что немного беспокоило Ноа. Она предпочла бы действовать самостоятельно. Но у нее осталось всего тридцать долларов, а этого не хватило бы на ночлег даже в самом дешевом отеле. Ее возможности были предельно ограничены. Даже если удастся уговорить Питера заплатить за фальшивые документы, она не получит доступа к деньгам, которые лежат у нее на счете. Нельзя исключать, что громилы в костюмах уже вышли на «Рокет сайенс», значит, она не может связаться с ними в надежде получить новый заказ. Из чего следовало, что ей придется начинать с нуля.
Ко всему прочему, Ноа до сих пор не знала, что с ней сделали на операционном столе.
Она решила, что должна остаться с Питером и изучить все файлы, чтобы понять, что происходит. Ведь только так она сумеет вернуться к прежней жизни.
Они стояли перед входом в дом на две семьи в Маттапане, рабочем районе, где все дома были похожи друг на друга: потускневшие и усталые, словно провели две смены подряд на ненавистной работе.
Ноа уже хотела спросить, нет ли места потеплее, где они могли бы подождать, когда дверь квартиры нижнего этажа распахнулась. На пороге стояла двадцатипятилетняя женщина с ребенком на руках и с подозрением смотрела на них.