-Твой увалень плохо влияет на тебя, - зло процедил Ирон, насмешливо щурясь. - Еще пару лет - и ты станешь одной из них.
-Из кого - из них? - напряженно осведомилась я, избегая его цепкого взгляда. Мне было стыдно…
-Из толпы посредственностей! Из тех, кто умирает, так и не родившись по-настоящему.
Он был прав, прав, тысячу раз прав! Никита изменил меня, и я не была уверена, что к лучшему!
Я не успела ничего сказать - наш разговор прервал Никита. Появившись в комнате с подносом в руках, он обвел нас подозрительным взглядом. Даже он, такой доверчивый простак, почувствовал неладное! Вероятно, мои мысли были буквально написаны на лице…
Ирон ушел. И я понимала, что, возможно, видела его в последний раз...
* * *
Я долго тянула, не торопясь отходить ко сну, и в спальню вошла только после полуночи.
“Полночь! Пошел отсчет…” - стрельнула тревожная мысль.
Мои руки дрожали, когда я переодевалась в ночнушку и складывала одежду на стуле, и это неприятно удивило меня. Значит, я волновалась больше, чем хотела признаться самой себе!
К моей досаде, Никита не спал и даже сделал попытку обнять меня. Как только его руки коснулись моего тела, я поняла, что все сегодняшние колебания и измышления не стоят ни гроша. Он стал мне неприятен! Кажется, этот день и всё, что я открыла в своем муже, разорвало ту тонкую нить близости, которая все-таки связывала нас.
И я приняла решение. Да, я выбрала Ирона. Выбрала свободу… Так подсказало мне мое ведьмовское (или просто женское?) чутье.
Прошептав усыпляющее заклинание, я поцеловала Никиту на прощание и долго всматривалась в его лицо. Во сне он, такой большой и сильный, казался странно беззащитным и почти трогательным. Мое сердце на миг сжалось, но я тотчас одернула себя. На жалости семью не построишь!
Когда я, обернувшись черной птицей, вылетала в распахнутое окно, уже занимался день. У меня оставалось еще несколько минут…