– Тимур мой дядя.
– Ну да, дяди. Может она и не проснется. Ну а если и проснется, ничего в этом страшного нет.
Самсонов взглянул на меня словно я сказала какую-то невероятную глупость.
Ну да. Хмыкнула я про себя. Может для меня и нет ничего страшного. У нас ведь в деревне столько родственников, а у тех куча мелкой детворы, с которой именно мне приходилось часто нянчиться во время всех громких застольев. Поэтому лично для меня это совсем не ново. Я даже раньше подумывала над тем, чтобы стать воспитателем в детском саду. Но моя любовь к китайскому языку все же победила любовь к мелким.
– Ладно, побуду здесь с вами еще часок, – согласилась я. Не оставлять же его здесь такого несчастного одного. На лице Миши тут же засветилось ну просто возмутительное облегчение.
Мы уже начали подниматься вверх по лестнице, чтобы навестить малышку, когда я резко обернулась назад и потребовала:
– Но тогда ты везешь меня обратно домой.
Да, да. Знаю, наглость – второе счастье.
Глава 21
Наверное, впервые в своей жизни я видела такую красивую детскую комнату. В мягких розовых, фиолетовых и белых тонах. Все видимое пространство освещают большие панорамные окна в пол. Я даже на мгновение рот от изумления открыла. Вокруг очень много мягких игрушек. Да-а-а, такое чудо я, пожалуй, только на картинках видела. А кроватка – это же вообще отдельная прелесть! Незамудренная деревянная конструкция была в форме самой настоящей кареты. Рядом с кроваткой словно охранник восседал большой белый плюшевый медведь.
Сама же маленькая принцесса мирно посапывала среди мягких подушек. Засунув в рот свой большой пальчик.
Эх. Родите меня заново и подарите тоже вот такое вот сказочное детство.
– Красавица, да? – услышала я чей-то шепот на своем затылке и чуть не ойкнула, позабыв, что в комнате я совсем не одна. Но Миша вовремя зажал мне рот ладонью, – Тише ты. Разбудишь же, – шикнул он мне прямо на ухо, а меня от этого жеста словно кипятком обдало и мурашки рассыпались по телу!
Отстранилась от парня, стараясь не показать, как сильно всего за какую-то секунду сбилось мое ровное дыхание.
Миша взял со столика радио-няню и кивнул мне на дверь.
– Ты голодная? – спросил он, тихо прикрывая дверь в детскую, – Пока Соня спит мы можем немного перекусить.
Спустились на кухню, которая была не менее роскошной, чем весь дом.
– М-да, что-то не густо, – задумчиво хмыкнул Самсонов, по-хозяйски распахнув большой холодильник, – Ира что на диету Тимура посадила… Во дают.
Краем глаза заметила, что действительно несмотря на впечатляющие размеры холодильного агрегата, продуктов в нем практически не наблюдалось. На нижней полке покоилось несколько пучков, уже потрепанных жизнью, зелени, немного выше лежали бутылочки с детским молоком и питанием. Ну и все. Ах да, и еще несколько яиц.
– Я могу сделать блинчики, – озвучила я свои мысли вслух, пожалуй громче, чем следовало.
– Да? – удивленно вскинул брови Миша, – Было бы отлично. Я с утра ничего не ел.
Парень галантно помог мне снять пальто. И тут его телефон вдруг зазвонил. Взглянув на экран и бросив мне короткое «Я сейчас», Самсонов вышел из кухни.
Взяв на себя моральную ответственность похозяйничать немного на чужой кухне, уже через пять минут я замесила тесто на блинчики. Как бабушка учила. Кое-как разобравшись как включить новомодную плиту, начала жарить первый блин. И осталась довольна результатом. Красивенький такой получился. Румяный, тоненький. Эх, спасибо, бабулечка. Пока готовился второй блин, нашла в морозилке кусочек сливочного масло и немного обмазала первый. Вай, у меня прямо у самой слюнки потекли.
– Ммм, пахнет вкусно, – спустя первых десять готовых блинов на кухню вернулся Самсонов.
Сложила конвертиком пару горячих блинчиков на тарелку и отнесла парню, который уже уселся за столом. С замиранием сердца ожидая услышать оценку наверняка искушенного едока, вернулась обратно за плиту.