– Это просто невозможно, – зарычал он, на секунду оторвавшись от моих губ, – Где ты прячешь карамель, бессовестная?
– Что? – опешила я.
– Твои губы. Сладкие словно карамель, – признался он внезапно и у меня от этих слов задрожали коленки, – Хотел тебя поцеловать еще тогда на пороге. И если бы не твоя сестра, давно сделал бы это, – расплылся нахал в самодовольной улыбке, продолжая крепко держать меня за талию.
– Кстати… – карие глаза прищурились на меня вдруг хитро, – А это правда, что ты ни разу не целовалась… до меня?
– Что? Пфф. Конечно целовалась! Мне же не десять лет.
– Ага, – а лицо у этого гада такое, будто он уже давно меня раскусил.
– Ну-у-у Вася! – догадалась я и вспыхнула стыдом вперемешку с гневом.
А Самсонов взял и рассмеялся. У-у-у, еще один гад. Да так задорно и по-мальчишески рассмеялся, что я на секундочку даже залипла. На его эти невозможные ямочки. И протянув указательный палец к его щеке сделала то, что сама давно хотела, но никогда бы не решилась раньше. Осторожно потрогала его ямочку. Миша тут же перестал смеяться и куснул мой любопытный палец. На что я тут же спрятала свою руку. От греха подальше.
– Хорошая у тебя сестра, Тая, – произнес он неожиданно серьезно, – И в отличие от некоторых быстро увидела мое к тебе отношение.
– Какое отношение? – прошептала я ему прямо в губы, невольно облизнув свои пересохшие.
– Любишь с огнем играть, Кучеряшка, да? – зашипел угрожающе и опустив ладони на мою попу, хорошенько ее смял.
Просто с ума сойти. Сижу на своей кровати. Нет, не так. Сижу на коленях у парня. У безумно привлекательного парня, от которого у меня мурашечки по коже. А он меня обнимает. И всего пару минут назад целовал. Да так что звездочки плясали.
– А может, – хитро прищурилась я тоже, – Ты просто хочешь со мной… переспать. А?
– Хочу, – произнес он как ни в чем небывало, и я ошалело уставилась на парня. А тот судя по выражению лица был абсолютно серьезен.
Вот я дура.
Все это романтическое помутнение быстро прошло, и я начала вырываться из уже не таких приятных объятий. Правда кто мне дал. Ага. Прижал к себе еще крепче этот чертов супостат, – Шшш, спокойно, Тая. Если ты имела ввиду что я рассматриваю тебя как девушку на одну ночь, то ты ошибаешься. Да. Я молодой здоровый парень, ты привлекательная девушка. Очень привлекательная. Поэтому мое желание увидеть тебя в своей постели вполне логично. Было бы странно если бы я этого не хотел.
Вот же, на все вопросы у него есть ответы. Такой уверенный, аж бесит!
– А ты не знаешь какое отношение у меня к тебе, чтобы строить планы о постели, – протянула я ехидно, – Еще совсем недавно я считала тебя своим самым страшным кошмаром.
– И правильно, что считала. Ты продырявила мне руку вилкой, маленькая женщина! – воскликнул Миша наиграно возмущенно, – Пришлось даже разрисовать свое девственно чистое тело, чтобы меньше интересовались моим занимательным шрамом. Версия про особо опасный вид кобр с четырьмя клыками в ряд уже начинала вызывать вопросы, – Невольно прыснула со смеху. Он меня сейчас змеей назвал? Кстати, насчет татуировки. За все это время я только успела ее заметить. Как-то мне страшно было взглянуть на свой «след», – А насчет твоего отношения ко мне, я и так все знаю, – и как выдаст, что я чуть воздухом не поперхнулась, – Ты чертовски милая, когда ревнуешь.
– Пффф… Глупости какие! К кому мне тебя ревновать? В смысле, с чего бы мне вообще это делать, – хмыкнула я.
– Будешь снова бессовестно мне врать, я поставлю тебе засос. Прямо на лбу.
Глава 37
Мы просидели в спальне еще где-то с полчаса. Целовались, болтали обо все на свете. Вперемешку с горячими поцелуями Миша поделился со мной занимательной историей о том, что одна маленькая кудрявая девчонка давно ему нравилась. Оказывается, еще со школы. Но была слишком мелкой, чтобы проявить к ней симпатию. И это его раздражало всякий раз, как он замечал меня на горизонте. Но отказать себе в удовольствии немного позадирать меня он не мог.
Сначала я хотела взбрыкнуть и обидеться, а потом этот нехороший парень усилил напор и заставил меня передумать. И через пару секунд я уже вообще ни о чем не могла думать. Тело было словно и не мое вовсе.