Каждый мой вопрос словно пощечина долетал до исказившегося болью мужского лица. Снова и снова.
- Поэтому прошу уходи, - по щекам уже неконтролируемо бежали слезы, - Если ты и правда любил ее и если мы были тебе когда-то дороги. Уходи.. - опустилась на свою кровать и опустив дрожащие ладошки на глаза, дала волю чувствам. Тихо но горько разрыдавшись.
- Я не знал.. Тая..
Спустя пару минут, когда я немного успокоилась, поняла, что в комнате я одна. Зашла в ванную, чтобы ополоснуть все еще пылающее лицо холодной водой.
Еще чуть позже когда проходила мимо кухни, заметила как Вася остервенело натирает до блеска уже вымытую посуду. Не стала заходить к сестре, ей тоже нужно время успокоиться.
В гостинной на диване, прижав к животу полузаправленную в наволочку подушку, сидела мама.
А вот виновника наших бед, я к своему удивлению и облегчению, в квартире так и не обнаружила, как и одинокого ранее стоящего на пороге чемодана. Неужели ушел? И только где-то глубоко внутри зарапнуло какое-то неприятное чувство, которое я быстро задавила, запечатала навсегда.
Села рядом с мамой на диван. Осторожно притулилась к ней боком. И лишь когда мама меня обняла в ответ, я позволила себе выдохнуть.
- Наверное, я дура, - услышала я тихое, - Не стоило мне его пускать. Просто на секунду мне показалось, что все как раньше.. И можно все вернуть. Но я ошибалась. Простите меня, девочки.
Сестра тоже зашла в комнату и судя по красным глазам и то и дело шмыгающему носу, посудотерапия нам не очень помогла. Василиса села на диван и прижалась к маме с другой стороны.
- Все у нас будет хорошо. Вот увидите, - сказала мама, обнимая нас, словно двух пригревшихся котят.
Верилось, что да, в этот раз так и будет. Хватит в нашей жизни черных полос.
Так мы и уснули втроем на том диване.
Проснулась я, когда на улице еще было темно. Настенные часы показывали всего шесть утра. Осторожно встала, чтобы не разбудить маму с Васей.
Черт.. Совсем забыла написать Мише. Я так резко сорвалась домой. Надеюсь, он ничего себе не надумал. Вчера даже не было толком времени чтобы обьясниться.
Вытащила телефон из сумки, с досадой обнаружив, что он давно сел.
Глава 49
Как только включила телефон, одно за другим на экране начали появляться уведомления. Пропущенные звонки от Миши, сообщение от Иры "С Новым годом!" и еще несколько от коллег по работе, поздравления с праздником. Проигнорировав последние, я тут же нашла в контактах Мишу и с бешенно стучащим в висках пульсом начала вслушиваться в первые длинные гудки.
- Тая.. - почти сразу же раздался хриплый голос любимого и сердце затрепетало ранненой птицей в груди. Скорее всего, он спал и я его разбудила. Но я такая эгоистка, черт возьми. Мне нужно было услышать его, обьясниться прямо сейчас.
- Прости меня, пожалуйста! - почти задыхаясь пролепетела я, - Я не хотела уезжать так срочно. Но мне пришлось. Я тебе сейчас все расскажу. Можно я приеду к тебе? Я так соскучилась, Миша, - впервые я так открыто признавалась кому-то в своих чувствах. И так отчаянно нуждалась в ком-то. Нет, не в ком-то, а именно в нем.
- Тая..
- Знаю, что сейчас ранее утро. И что так не поступают - убегают сломя голову, а потом снова ищут встречи. Но я...
- Кудряшка. Послушай меня, пожалуйста, - и перебив мой поток бесконечный оправданий, Миша как-то устало велел, - Подойди к окну.
Все еще пребывая в нервном возбуждении, я подлетела к окну в своей спальне. Прищурив глаза, я напряженно начала всматриваться в кромешную темноту. Какой-то гад снова выкрутил лампочку у подьезда. И только я хотела спросить у Миши, что должна увидеть, как почти у самого входа к дому несколько раз мигнули фары машины. Знакомый мне кроссовер металического цвета.
Не помню что надевала, как обувалась, не помню как вылетела почти раздетая на улицу. Головой понимала, что никуда не уедет, что он приехал ко мне, но душа велела как можно скорее оказаться там, рядом с ним.
Миша уже стоял на улице и курил. Увидев, что я выбежала, он отбросил почти начатую сигарету в сторону, как раз перед тем как поймать меня в свои сильные руки.
- Задушишь, - тихо рассмеялся парень, а я лишь сильнее обхватила его руками и ногами, как обезьяна, утыкаясь носом куда-то в район ключиц и вдыхая такой уже родной запах.
Миша удобнее подхватил меня под попу. Затем мужская ладонь вдруг уверенно прошлась по оголенной ноге. Да, я успела только накинуть пуховик сверхну на домашний костюм. Дома я обычно ходила в тонкой хлопковой футболке и шортиках. Мне правла не было холодно, но на ухо мне недовольно заворчали: