– Прости, – смущенно улыбаюсь, потому что до сих пор стыдно за то, что проспала. – И спасибо.
Тянусь к мужчине, чтобы в знак благодарности поцеловать его в щеку, но этот хитрец изворачивается и в итоге я целую его в уголок губ. Рома улыбается, заводя двигатель.
– Благодарность принимается, – подмигивает мне и выруливает с парковки.
Первое настоящее свидание! Надо же! И пусть оно началось так сумбурно и было на грани срыва из-за меня же самой, но сейчас, сидя в автомобиле рядом с Ромой, я уверена, что это будет лучшее свидание. Ведь неважно где оно будет – на Набережной, как мы собирались, или же планы поменяются. Неважно сколько оно будет по времени. Главное, что свидание это будет с ним…
Глава 8
Рома
Моя маленькая, нежная, хрупкая девочка…
С каждым днем, с каждой нашей встречей, с каждым касанием она все больше и больше становится моей. Так удивительно и приятно наблюдать, как Саша сама тянется за лаской, когда сама пытается обнять, еще робко и несмело, будто сомневается, что имеет на это право. Глупенькая, знала бы она, что я все для нее сделаю, лишь бы она вот так каждый раз сама ко мне тянулась. Сам от себя такого не ожидал. По факту, если мыслить объективно, я веду себя сейчас как четырнадцатилетний подросток, несмотря на то, что мне, если что, на двадцатку больше. Но я реально не могу с собой ничего поделать. Это будто сильнее меня самого. Я хочу, чтобы Саша улыбалась, хочу дарить ей цветы, хочу встречать ее с работы, хочу возить ее на прогулки и свидания, чтобы каждый раз у нее вот так ярко горели глаза. Будто у нее это все впервые. Хотя, наверняка, так и есть. Вряд ли тот мудак, который ее изнасиловал, ухаживал за ней и водил на свидания. Урод просто воспользовался маленькой, доверчивой девочкой. Но ничего… Ничего. Он еще получит свое. Я уже попросил Антона, нашего компьютерного гения, чтобы он пробил всю инфу по этому смертнику. И да, смертником я неспроста его называю. Сам руки марать не стану, подставлять и просить “решить” этот вопрос тоже не буду. Просто сделаю так, что мудака этого “случайно” отправят к черту на рога в самое адское пекло, коих у нас, к сожалению, в мире навалом, вместо какого-нибудь нормального пацана из учебки, долг Родине отдавать. И неважно куда именно. Главное, что итог будет один – он сдохнет. Этой мрази не место в этом мире. Такие, как он, не заслуживают ходить по земле. Не должны такие твари, ломающие жизни беззащитным девочкам, дышать с ними одним воздухом. Вот и этот не будет…
Руки невольно сжимаются на руле. Я сегодня чуть с ума не сошел, когда понял, что Саша не просто так опаздывает. Приехал за ней чуть пораньше, чем договаривались. Около половины восьмого был уже у ее подъезда. Не видел смысла просто колесить по городу после того, как отвез Бойца на занятие с кинологом. Места рядом с нужным мне подъездом совсем не было. Понаставили тачек криво и косо, что не протолкнуться. Идиоты! Кто так учил их парковаться?! Встал с торца дома. Сидел, откинувшись головой на сиденье и прикрыв глаза, думал о Сашке. Такая она у меня красивая. Цветам обрадовалась, когда в клинику к ней приехал. Так искренне улыбалась. И с Бойцом они сразу нашли общий язык. Настолько, что песель мой по приезду домой улегся в лежанку, стащив мою футболку, от которой пахло духами Саши, нежными, как и сама она, и жалобно поскуливал, уткнувшись в нее носом. Еще один пацан “поплыл”… Да, Саша такая. Перед ней не устоять. Даже побаиваюсь немного встречи Саши с Маком. Он хоть и просил несколько раз выслать ее фото, так сказать, чтобы иметь представление, с кем я по его словам, “замутил”, я отказывал, ибо нефиг на мою девочку пялиться. Сам же понимал, что это банальная ревность. Тоже новое для меня чувство.
В семь пятьдесят пять я скинул Саше сообщение о том, что жду ее внизу. Хотел, конечно, подняться, но понимал, что для нее этот момент тоже будет волнительным и не собирался давить. В конце концов, если она захочет, чтобы я поднимался и забирал ее от самой двери или даже заходил за ней прямо в квартиру, она скажет. Пусть не сразу, но скажет, когда научится мне доверять.
В восемь пятнадцать я думал о том, что каждая девушка считает обязательным опоздать на свидание, хоть и понимал, что Сашка у меня не такая.
В восемь двадцать я набрал ее номер, но ничего, кроме долгих противных гудков, не услышал. В душе заворочалась тревога. Я скинул еще одно сообщение, которое также, как и первое, осталось непрочитанным. Тревога все нарастала. Я продолжал набирать ее номер, уже понимая, что что-то здесь не так. По закону жанра, в голову лезли только самые страшные мысли: что-то случилось с Сашей, потому что утром, когда я привез ее домой, она была настроена крайне положительно на свидание. Не могла она передумать. Может, ей стало плохо, а она там одна? Может, без сознания?