Пока Фред носился по комнате и отчаянно пытался посадить озорников в коробку, Ода водрузила на столик стул и положила на него подушки. Она храбро залезла на шаткое сооружение и сняла с абажура двух пёстрых человечков, качавшихся там как на качелях.
Немо вскочил на подоконник, убрал пару малипусечек с карниза, где они пытались разжать зажимы на занавесках, сунул их в карман джинсов и засмеялся, когда они удрали через дыру в кармане. Но ему тут же стало не до смеха, так как один человечек внезапно закричал: «Робя, гляньте-ка!» — и показал на открытое окно.
— Нет! — Немо спешно попытался захлопнуть окно, но крошки были быстрее. Оставалось лишь беспомощно наблюдать, как они прыгают в окно и, словно лемминги, ныряют в водосточную трубу.
— Классная горка! — кричали они с восторгом, и вскоре из трубы доносились их смех и улюлюканье. Труба выплёвывала пёстрых крошек двумя этажами ниже. Они катились кубарем по лужайке и разбегались в разные стороны.
Немо громко застонал от досады. Как им теперь собрать эту ораву? Как вернуть игрушки ребёнку, о котором они абсолютно ничего не знают, даже его имени? Сделать это — тем более до субботы — невозможно! До забега оставалось всего три дня! Он с огорчением сел на подоконник.
Фред устроился рядом и с надеждой покосился на небо. Он явно радовался скорому ухудшению погоды.
— Чего так глупо усмехаешься? — сердито проворчал Немо. — Вижу, ждёшь с нетерпением!
— Чего он ждёт? — раздался вдруг голос в дверях.
На пороге появилась бабушка Фреда. Она с ужасом смотрела на Оду, восседающую на своём шатком сооружении.
— Что тут у вас происходит?
— Э-э… мы играем в извержение вулкана. Как будто на полу разлилась лава, — тут же нашлась Ода. — Между прочим, вы стоите в раскалённом жерле!
— Ясно. — Бабушка Фреда посмотрела на свои розовые тапочки. — Нельзя ли играть чуть потише? — Она схватила пульт и выключила телевизор.
— Конечно, бабуль, — послушно ответил Фред, а Немо с беспокойством оглядел комнату. У Оды на всё найдутся отговорки, но что она скажет, если сейчас откуда-нибудь выскочит крошечный человечек? Не успел он подумать об этом, как обнаружил одного из них на потолке.
Синий человечек с оранжевыми крапинками, в тёплой шерстяной шапке и с кривым зубом, торчащим над нижней губой, спускался с лампы. Вот он повис на руках прямо над головой бабушки, вытянул ноги и прыгнул.
— Почему ты на меня так уставился, Непомук Пинковски? — Бабушка весело усмехнулась: — Как будто привидение увидел.
«Не совсем привидение», — подумал Немо.
— Не забудьте тут всё убрать! — Не дожидаясь ответа, бабушка вышла из комнаты.
Немо в ужасе проводил её взглядом. Синий человечек восседал у неё на голове, скрестив ноги и важно покачиваясь.
Недолго думая, Немо спрыгнул с подоконника, подскочил к столику и сунул руку в миску с орехами. Схватив грецкий орех, он прицелился и бросил его.
— А-а-а-ак! — Человечек испуганно схватился за затылок, закачался, ненадолго восстановил равновесие, но потом всё-таки шлёпнулся на ковёр и раскинул руки и ноги. Шевелился только большой палец на его левой ноге.
Бабушка Фреда, не меняя курса, целеустремлённо направилась на кухню, где её ждали остатки сливочного торта.
— Неужели вы не можете просто играть в игры на телефоне, как все нормальные дети? — проворчала она напоследок и закрыла за собой дверь.
— Молодец! — похвалила Ода Немо и спрыгнула на пол.
А сам Немо осторожно поднял с ковра синего человечка.
— Фу, да он жутко липкий! — поморщился он.
— Чё энта было? — Человечек сел и озадаченно потёр голову.
— Одного поймали! Одного поймали! — Фред плясал от радости.
— Боюсь, этого недостаточно, — сказала Ода, с удивлением разглядывая человечка, сидевшего на ладони у Немо.
— Сколько же вас всего? — спросил Немо.
Человечек поднял три пальца:
— Пиать.
— Не может быть! В коробке было намного больше игрушек.
— Пиать семей! — пояснил крошечный человечек.
— И сколько же в одной семье? — поинтересовался Фред.
— Упс. — Человечек наморщил лоб и озадаченно уставился на свои пальчики. — Тви? — неуверенно пробормотал он.
Ода вздохнула:
— Так мы далеко не уедем.
— Может, у них есть порядковые номера? — предположил Немо и снова обратился к человечку: — Как тебя зовут?
Тот издал резкий звук, как будто икнул:
— Хикс!
— Ой, бедный! — воскликнула Ода. — На него напала икота.