Эта удивительная безмятежность продолжалась долго. И лишь на обратном пути Мария еще издали заметила суматоху у школы и услыхала громкие крики и ругань.
С налитым кровью мясистым лицом стоял на крыльце толстый офицер и, поблескивая пенсне, ожесточенно жестикулируя, хрипло каркал что-то по-немецки. Солдаты, точно не находя себе места, бегали взад и вперед. Два полицая усердно скребли столб ножами, срывая по кускам примерзшую листовку.
А издали — кто с порога хаты, кто из-за плетня, кто от колодца — наблюдали эту сцену сельские жители.
На своей улице Мария встретила Оксану.
— Доброе утро, — сказала Мария.
Девушка ответила на приветствие небрежным, гордым кивком головы и отвернулась.
14. ТАРАС СПИТ В ГРОБУ
После того, как Тараса втолкнули в сарай, он нашел в себе силы, чтобы сделать несколько шагов, и упал в углу на солому. Несколько минут хлопец лежал неподвижно, только тихо, жалобно всхлипывал. Затем он приподнялся на колени и принялся сгребать руками разбросанную солому в угол, тщательно распушивая слежавшиеся комья. Получилась большая копна. Тарас с ногами и головой зарылся в эту копну и замер.
Он лежал, стараясь не думать ни о чем. Лицо его горело, все тело казалось сгустком тупой ноющей боли, только в правом боку, куда ударили прикладом, боль была острой, нестерпимой и не давала возможности вздохнуть полной грудью. Но вот и эта боль сжалась, и Тарасу начало казаться, что кто-то покалывает его в бок очень тонкой иглой. Зашумел лес над головой… Кто-то пел песню, очень знакомую. Тарас хотел вспомнить слова и не мог…
…Сарай осветился голубым неверным светом. Через закрытую дверь вошел паренек. Тарас сразу же узнал его по фанерной дощечке на груди. Эго был его друг детства Вася Коваль. Вася должен был умереть еще раз… “Ты напрасно горюешь, — сказал Вася Коваль — Смотри!” Он снял шапку и стер ею синяки на лице, как будто они были нарисованы углем. “Ты же был убит?” — спросил его Тарас, пораженный. Вася подмигнул Тарасу точь в точь как обер-лейтенант. “Нет, я обманул их. Они дураки и не понимают, что подвиг бессмертен”. Он помолчал, как-то странно и внимательно оглядывая лежащего на соломе Тараса. “Ты тоже станешь бессмертным, если взорвешь поезд с гитлеровцами”. Тарас насторожился. “Так я же простой хлопец, куда мне в бессмертные, — сказал он поспешно. — Меня они били, а я ничего не знаю, никакой мины!” Но Вася не слышал его. “Ты хорошо запомнил место?” Он спрашивал о том месте, где спрятана мина. Тарас сразу же понял в чем дело: этого паренька подослали немцы. Он не был убит. Ловко подстроили! Но Тарас не дурак… “Какое место? Валяй отсюда, пока я тебе морду не расковырял. Знакомый нашелся! Я тебя видел всего один раз”. В груди у Тараса раздался сухой треск, точно там обломалась сухая ветвь. Он догадался — это сломалось ребро.
Хлопец очнулся от боли и понял, что бредит. Его знобило. Но снова зашумели верхушки деревьев. Тарас поплыл с кучей соломы, поплыл куда-то далеко, далеко. Сперва медленно, затем все быстрее и быстрее.
…А паренек и не отходил от него. “Ты молодец! — жарко шептал он Тарасу в ухо. — Помни: за одного битого двух небитых дают. Немцы знают наши пословицы… Потерпи немного — и тебя отпустят. Теперь никто не заикнется о полоске. Я ведь ухлопал их обоих. Правда, ловко получилось?” Он самодовольно улыбался. “Уходи, — хотел сказать ему Тарас, — я ничего не знаю”. Но почему-то губы не двигались. Паренек смеялся: “Ага, повесят! Повесьте его, господин комендант!”
Тарас ненавидел его. Он вовсе не был другом Тараса. Откуда? Тарас даже не знал, как его зовут. Кривляка. Ха! Он видел его насквозь. Паренек только прикидывался, что не убит, а на самом деле он продырявлен многими пулями. И парнишка отходил в сторону, пятился. Он боялся, чтобы Тарас не увидел дырки в его спине…
…Тарас видел заснеженный лес. Сосны, дубняк и ели росли вперемежку. Вдруг маленькая елочка выскакивала вперед. Тарас отворачивался, но она все была перед его глазами. Она прямо-таки лезла в глаза, эта елочка. А в стороне от Тараса, прислонясь к изразцовой печке, стоял новый комендант. У него было хитрое лицо, он только делал вид, что ничего не замечает. Но он следил за Тарасом. А эта проклятая елочка так и лезла в глаза. Немец увидел елочку и с растопыренными руками бросился к ней. Вдруг елочка взлетела в воздух, точно у корней ее бесшумно взорвалось что-то. Снег засыпал немца. Пенсне лежало на сугробе и хитренько смотрело на Тараса.