– Ничего. Раз уж ты и так много про нас знаешь… У меня три брата и две сестры. Всего шестеро, и никто из нас с отцом не разговаривал. Ровно так, как тебе и сказали. Больше десяти лет, ни словечка. Я один ему изредка звонил, но несколько недель назад он перегнул палку, и я тоже перестал с ним общаться. Вот, собственно, и все.
Питер снова громко чихнул.
– Плесень, – сказала Грейс.
– Ну, не знаю. Чихается так, будто рядом сидит кошка.
– По-моему, у мистера Лафферти не было кошки.
– Вот и я так думаю. А что насчет соседей напротив?
– Там живет один Фелипе. И у него нет кота. В этом здании вообще никто не держит кошек. По-моему, это запрещено. Думаете, мистер Лафферти так поступил, потому что вы перестали с ним разговаривать?
Питер вздохнул и закрыл ящик бюро.
– Не знаю. Просто он остался совсем один.
Между ними снова повисла тишина, и Грейс вдруг почувствовала, что ей удалось поймать за хвост одну важную мысль, которая раньше ускользала сквозь пальцы. Теперь она точно знала, что было не так со всеми вокруг. Ей даже стало жутковато от такого открытия.
– Так вот оно что! – вскрикнула она.
– Ты о чем?
– Не обращайте внимания. Я только что поняла одну важную вещь. Очень-очень важную. Вы мне помогли.
– Знаешь, я бы хотел поговорить с тобой еще немножко. Спросить, откуда ты знала моего отца… Но сначала мне нужно в ванную. Подожди минутку.
Грейс осталась сидеть на месте, а Питер направился в уборную. Через некоторое время она услышала приглушенное восклицание:
– Господи!
– Что там такое?
– Угадай, что я тут нашел!
– Сдаюсь. Что?
Он не ответил. Вышел из ванной с широкой пластиковой коробкой в руках. Коробка была с невысокими бортиками и без крышки. От нее дурно пахло. Как в подворотне, где написал какой-то бродяга.
– Что это такое? – спросила Грейс.
– Это лоток.
– А зачем он нужен?
– Для кошачьего туалета.
– Котик, ко-отик, кис-кис-кис, – тихонько позвала Грейс.
Кот обнаружился под кроватью. Он смотрел на Грейс красивыми желтыми глазищами и наотрез отказывался вылезать из укрытия.
– Какой ты хороший! – сказала она. – Цветные кляксы прямо на мордочке, мне нравится.
Кот был пятнистый – белый, черный и золотисто-рыжий; Грейс уже почти вспомнила, как называется эта окраска, но слово опять выскочило из головы.
– Испугался, бедненький? – спросила она. – Конечно, испугался, ты же меня не знаешь, но ведь есть-то тебе тоже хочется. Тебя несколько дней никто не кормил. И не притворяйся, что не голодный, меня так просто не проведешь. Питер! Не поищешь какую-нибудь кошачью еду?
– Чтобы проверить, мне придется снова зайти в квартиру, – крикнул Питер с лестничной площадки.
– Ну пожа-алуйста!
Пока они ждали еду, Грейс снова принялась нашептывать коту ласковые глупости.
Спустя некоторое время Питер зашел в спальню, зажимая нос и рот платком, как защитной маской; в руках у него была вскрытая банка с консервированным лососем.
– О, отлично! – сказала Грейс. – Ради этого он точно к нам вылезет!
Примерно час спустя Грейс стояла перед дверью Рейлин, прижимая к груди мурлычущего кота. Он то и дело норовил потереться головой о ее подбородок.
Девочка осторожно постучала, стараясь не потревожить свою ношу.
Рейлин крикнула через дверь: «Кто там?» – но Грейс побоялась крикнуть в ответ, потому что доверие кота ей удалось заслужить совсем недавно. Доверие перепуганного животного – хрупкая вещь, обращаться с ним надо бережно.
Через минуту Рейлин все-таки открыла дверь. Очень осторожно.
– А, так это ты… Господи, Грейс! Что это такое?
– Это мой кот.
– Твой кот?!
– Да. Теперь мой.
– Вот уж не знаю, где ты собираешься его держать. Сюда я его не пущу. Только не в свою квартиру.
– Но он…
– Грейс! У меня аллергия на кошек.
– Что, и у тебя тоже?
– Что значит у меня тоже? У кого еще аллергия на кошек?
– У Питера, сына мистера Лафферти. Поэтому мне и пришлось забрать кота: у Питера аллергия, а домой ему нужно лететь на самолете. Ты уверена, что коту нельзя здесь пожить?
– Грейс, у меня случится отек гортани, и я задохнусь.
– Ясно. Тогда придется спросить у Билли.
– Как насчет Фелипе?
– А чем тебя Билли не устраивает?
– Ты же знаешь, он не любит перемены.
– Я все слышу, – сказал Билли.
Грейс обернулась: Билли выглядывал из-за приоткрытой двери, почти уткнувшись носом в цепочку.
– Извини, – сказала Рейлин, – просто… Я неправа?
– Смотря о чем идет речь.
Грейс сказала:
– Можно мой кот пока что поживет у тебя?
– Хм-м, – произнес Билли из-за цепочки. – Наверное, лучше спросить Фелипе.