– Мне надо повидаться с котиком! – объявила она и выбежала из квартиры.
Остановилась перед дверью Билли, шмыгая носом и вытирая слезы рукавом, постучалась к нему специальным тайным стуком.
– Извини, малышка, сегодня я уже не смогу никуда пойти. Все, никак. Извини. Lo siento.
– Я не за этим, Билли. Впусти меня, пожалуйста.
Наверное, он услышал всхлипы – такое попробуй не услышать. Дверь открылась прежде, чем Грейс успела договорить.
Она протиснулась мимо Билли и плюхнулась на диван.
– Ну что, собрание прошло успешно? – поинтересовался он.
Такое вот странное у Билли чувство юмора. Вместо того чтобы мучить Грейс расспросами, он просто отпускал шуточки. Но лучше так, чем задыхаться под весом чужой заботы.
«Вот поэтому я и пришла сюда», – внезапно подумала Грейс. Ей захотелось повидаться не с кошкой. То есть с кошкой тоже.
Грейс тихонько присвистнула, и Кошка мистер Лафферти выбежала из спальни и с налета прыгнула к девочке на колени. Грейс обняла ее и прижалась ухом к урчащему боку.
Из-под носа текло, и Грейс старательно шмыгала, чтоб не испачкать кошачий мех.
Билли присел на край дивана, стараясь оставить между ними свободное пространство, и протянул Грейс огромную коробку носовых платочков. Она вытащила оттуда сразу три или четыре штуки, вытерла глаза и шумно высморкалась, огласив комнату громким трубным звуком.
– Опять я твои платочки таскаю.
– Ничего, как-нибудь переживу.
– В следующий раз куплю тебе целую коробку.
– Да, а на какие деньги? У тебя где-то припрятан запас на черный день? Скрываешь от нас страшную тайну? На самом деле ты владелица целого состояния?
– Ой. Да…
Она снова высморкалась, на этот раз прихватив всего три платочка.
– Не хочешь просветить меня о случившемся?
– Чего? Билли, говори по-человечески!
– Поговорить хочешь?
Грейс вздохнула.
– Просто по маме скучаю, вот и все.
– Ясно.
– Она не очень хорошая мама. Во всяком случае, сейчас. Раньше была хорошей, только очень давно. Мы не ладим и, вообще, разругались вдребезги, я на нее злюсь, и наркотики она любит сильнее, чем меня… а я все равно скучаю.
– Хм-м, – сказал Билли.
– Ты, наверное, не поймешь.
– А может, и пойму. Я тоже скучаю по своей маме. Хотя это ужаснейшая из всех женщин, когда-либо ступавших по этой земле.
Грейс фыркнула от неожиданности.
– Не может же все быть настолько плохо.
– Еще как может. И есть. Поверь мне на слово. Так что, собрание закончилось?
– Наверное. Кроме меня собрания никому не нужны, а я только что сбежала.
– Откуда ты знаешь, вдруг они тебя удивят? Может, прямо сейчас все соседи сидят там, откровенничают, рассказывают друг другу о трагедиях, послуживших причиной их одиночества. Может, ты их вдохновила.
– Пойду проверю, – сказала Грейс.
Она вручила кошку Билли и прошлепала по лестничной площадке к квартире Рейлин. Прижалась ухом к двери, прислушалась.
Ни слова о трагедиях.
Джесси извинялся за то, что невольно расстроил ее, затронув болезненную тему.
Грейс прошлепала обратно и снова плюхнулась на диван.
– Как же, станут они откровенничать.
Позже, когда все разошлись по своим делам, Грейс пришла к Рейлин. И столкнулась на пороге нос к носу с Джесси.
Надо было сразу догадаться, подумала Грейс и отвесила себе мысленный подзатыльник. Разумеется, он постарался задержаться, чтобы поговорить с Рейлин наедине – потому что она ему нравилась, это бы любой дурак заметил!
Сейчас Джесси начнет извиняться, а извинения Грейс слушать не хотела. Чего доброго, опять расплачется.
– А, вот ты где, Грейс! Я уже думал, что не смогу перед тобой извиниться.
Вот видите?
– Не надо извиняться, – сказала она, изо всех сил загоняя слезы подальше. – Ты ведь не специально. Просто рассказал правду, как тебя и просили. Для этого и нужны наши собрания.
– Ты расстроилась.
– У тебя так нечаянно получилось, – ответила Грейс, и в ее голосе все-таки проскользнуло раздражение. – Думаешь, я не поняла?
И тут же замерла, ожидая ответной сердитой вспышки.
Но вместо этого Джесси только потрепал ее по голове и направился к лестнице.
Грейс посмотрела ему вслед: интересно, как продвигаются дела с призраком мистера Лафферти – того, который человек? Или не с призраком, а с тем, что так испугало Эмили, их очень кратковременную соседку. С одной стороны, ей очень хотелось спросить Джесси напрямую, а с другой – Грейс едва-едва отбилась от извинений, и лезть с вопросами пока было рано.