Билли вздохнул, и они отправились домой.
– Ты справишься, – подбодрил его Фелипе. – Хорошо же получается.
– Если Джесси пойдет с нами, то справлюсь. Но его там может и не быть.
– А что в Джесси такого особенного? Хотя нет, не отвечай. Я примерно понимаю. Словами так сразу и не опишешь. Если у кого-то беда, за помощью лучше бежать к нему. Может, все-таки успеет вернуться.
– Надеюсь. Извини, что подняли тебя так рано.
– Сам виноват. Вчера задержался. Знал, что утром придется расплачиваться, но все равно задержался. Понимаешь… Я тут, вроде как, с девушкой познакомился.
– Правда? Замечательно!
– Ну, не совсем. То есть… это девушка. И я с ней познакомился. Но пока ничего непонятно. Знаешь, как бывает – только-только встретились. Она работает поваром-стажером в том же ресторане. Кларой зовут. Вчера сидели с ней на крыше и болтали до трех часов ночи. Глупости, знаю. Она совсем не похожа на мою предыдущую девушку. Тихая, застенчивая. Предыдущая была очень красивая, сама прекрасно об этом знала и не давала мне спуска… Ладно, что Джесси обычно делает, когда идет с тобой?
– Он клал мне руку на плечо. Тебе необязательно делать точно так же, если не хочешь. Со стороны выглядит странно, но Джесси все равно, что могут подумать другие.
Мгновение спустя Фелипе решительно положил руку на Биллино плечо.
– Спасибо.
– В детстве я очень боялся темноты, – сказал Фелипе. – У всех людей свои страхи. А у моего папы на этот счет все было строго. Надо привыкать к самостоятельности и поступать так, чтобы он мной гордился. Вести себя, как настоящий мужчина. В пять лет быть мужчиной не так-то легко, и я притворялся, что мне нестрашно. С тех пор хорошо понимаю, что такое страх. И как это здорово, когда не надо притворяться.
По улице прокатился рев двигателя, низкий, раскатистый, ни намека на глушитель. Автомобиль притормозил рядом с ними, и у Билли кровь застыла в жилах.
Водитель, бандитского вида латинос, высунулся из окошка и насмешливо причмокнул губами.
Фелипе резко убрал руку, лежавшую у Билли на плече.
– Maricones! – крикнул водитель. – Es tan en amor, maricones!
Он ударил по газам – и, судя по всему, по тормозу тоже. Колеса провернулись с пронзительным воем, запах паленой резины ударил в нос. Водитель показал им средний палец, и машина умчалась вперед, к огромному облегчению Билли.
– Извини, – тихонько сказал он Фелипе.
– Это я должен извиняться. Не понимаю, почему убрал руку. Мы же друзья, что тут такого? Надо было послать его куда подальше. К черту. К черту их всех!
Фелипе снова положил руку Билли на плечо – твердо и даже заботливо, – и они двинулись к дому.
– Теперь понимаешь, почему я так не люблю выходить из дома?
– Ага, понимаю. Но ведь все равно приходится. Жизнь такая. От нее не убежишь.
– Ну почему же, – откликнулся Билли. – Еще как убежишь. Сейчас со многими так происходит: перестают жить по-настоящему и все. А когда остановишься, начать заново очень трудно. Зато если уж начал, то потом не затормозить. Что нам сказал тот парень?
– Лучше тебе не знать.
Они молча прошагали еще сотню метров. Рука Фелипе по-прежнему лежала у Билли на плече, успокаивая и согревая.
Потом Билли неожиданно объявил:
– Я завтра сам ее отведу.
– Точно?
– Точно. Понятия не имею как, но отведу. А ты останься после работы с Кларой. Я справлюсь.
– Я держу тебя за руку, – сообщила Грейс.
Как будто он не заметил.
Они стояли на пороге перед открытой дверью, и весеннее утро атаковало Билли со всех сторон. Точно такое же утро, как и вчера, напомнил он себе. И как десять дней назад. Хотя нет, не такое же. Сегодня ему придется идти домой в одиночку. Пульс громко стучал в висках, и Билли судорожно сглотнул, пытаясь прогнать иррациональный страх.
– Ты должен отвести меня в школу, – сказала Грейс. – Фелипе вчера задержался допоздна, так что проводить меня должен ты.
Она осторожно потянула Билли вперед, крепко держа его руку обеими ладошками.
– Да. Я полностью осознаю всю неизбежность этого шага.
– Странный ты, Билли. Пойдем. Перестань думать, просто двигайся.
Грейс снова потянула его за руку, и огромным усилием воли он все-таки заставил себя тронуться с места. И даже глазом моргнуть не успел, как они спустились по лестнице и зашагали по тротуару.
– Закрыл бы глаза, но боюсь споткнуться.
– Закрывай, не бойся. Я тебя поведу, как слепого. Буду собакой-поводырем!
Билли зажмурился и сделал пару шагов вслепую. И тут же представил, что в проезжающих мимо машинах сидят бандиты, а в конце улицы затаились грабители. Преступники всех мастей, которых Грейс не способна распознать.