на похороны? -Пожалуй смогу. А когда его будут хоронить? -Пока неизвестно, сейчас он в морге, до выяснения каких то там обстоятельств, но ты выезжай прямо завтра с утра, мне нужна твоя поддержка, ведь кроме тебя у нас нет никого. Гелочка почти без сознания, я больше переживаю за нее, в общем жду, пока! На следующий день утром приехал Никитин. - Здравствуйте Галина Павловна, я заехал сообщить вам, что формальности, касающиеся смерти вашего мужа, частично закрыты, тело можно забрать, Белова мы отпустили под подписку о невыезде. Он сказал, что организацией похорон займется сам, просто вам с ним надо связаться и все вопросы решать совместно. Лично я, выражаю вам глубокое соболезнование и желаю как можно легче перенести все тяготы, связанные со смертью мужа. Как ваша дочь? -Ужасно, пока она спит, я дала ей снотворное, но как она перенесет похороны, не возможно предсказать. Сегодня должен приехать мой отец, надеюсь на его поддержку. Ну а в отношении убийцы есть какие не будь сведения? - Пока ничего нового, но будьте уверенны, мы обязательно его найдем, причем в самое ближайшее время. Крепитесь, берегите себя, ведь у вас дочь, до свиданья. Хоронили Вольнова через два дня. Похороны были пышными, провожала его почти километровая вереница машин. Никитин, с двумя оперативниками, с большим трудом смог подойти как можно ближе к могиле. После выступления нескольких человек, которые были связаны с его бизнесом, и прощания с ним его близких, гроб стали опускать в могилу. В этот момент, женщина, стоявшая рядом, вдруг пошатнулась и стала падать. Ее тут же подхватили на руки и отнесли в сторонку. -Кто эта женщина? - спросил Никитин, стоявшего рядом с ним оперативника. -Администратор ресторана, Трунова Елена. Кстати, она в тот вечер была там на острове. Ты ее допрашивал? -Ничего вразумительного она сказать не могла, на все вопросы отвечала односложно - да, нет. -Завтра, если она будет в состоянии, привези ее в отдел, я сам с ней поговорю. На следующий день, после похорон, Григорьев поехал в ресторан, но двери были закрыты и висела табличка «санитарный день». На его стук подошел какой то мужчина, показав ему удостоверение, Григорьев попросил его впустить. -Кроме вас в ресторане есть еще кто не будь, с кем бы я мог поговорить? -Только уборщица и два повара. -Мне нужен администратор, Трунова Елена Петровна. -Ее нет, она наверное дома. -Вы знаете ее домашний адрес? -Точно сказать не могу, знаю только улицу - Красновосточная, но номера дома не знаю, это недалеко отсюда. Григорьев поехал на Красновосточную, быстро отыскал дом. На звонок долго никто не отвечал. Наконец дверь открылась и на пороге появилась лохматая, с опухшим лицом, явно не трезвая женщина, в которой он с трудом узнал Трунову Елену Петровну. -Здравствуйте, разрешите войти? -А это обязательно? Да ладно, заходите, - пьяно пробормотала она. - Что вам от меня надо? -Вам надо проехать со мной в отдел, еще раз ответить на некоторые вопросы. Пожалуйста, приведите себя в порядок, я вас подожду. -Хорошо, ждите, но ждать придется долго, - она повернулась и вышла из комнаты. Григорьев осмотрелся, на серванте в рамках стояло несколько фотографий, на всех была отображена улыбающаяся Елена в объятьях Вольнова. Видно было, что все фотокарточки были сделаны в разное время, одни летом, другие в холодное время. «Вот это сюрприз, это в корне меняет дело!» - подумал Григорьев. -Я готова, можно ехать! - обернувшись, он увидел совершенно другую женщину - красиво причесанную, с умеренным макияжем и почти трезвую. -Ну что ж, если вы готовы, то поехали. За всю дорогу она не проронила ни слова, молча вышла из машины, постояв мгновенье, спросила: - Куда идти? -В кабинет начальника следственного отдела. Подошли к двери, Григорьев постучал, - Владимир Сергеевич, можно? -Заходите. Здравствуйте, - поздоровался он с Еленой, - присаживайтесь. -Товарищ майор, можно вас на минутку? Никитин вышел в коридор, - Что у тебя? -У нее была связь с Вольновым, когда и как долго, выясняйте. -Откуда такие сведения? -В квартире полно фоток, где они вместе, в разных видах. Никитин вернулся в кабинет. - И так, ваша фамилия, имя, отчество, дата рождения. -Трунова Елена Петровна, семьдесят шестого года рождения. Простите, как вас зовут, кажется Владимир Сергеевич? Так вот, Владимир Сергеевич, чтобы не отнимать ваше драгоценное время на эту бумажную писанину и не ставить вас и себя в дурацкое положения, скажу сразу - это я отравила Вольнова, да, да, это чистая правда. -Вы?! - ошеломленно уставился на нее Никитин, - Зачем, за что?! -За все! -Тогда давайте все с самого начала и по порядку, - он незаметно включил диктофон. -Ну так вот, родилась двадцать восьмого сентября 1976 года, в городе Твери. Когда мне исполнилось восемь лет, мои родители разошлись, мать меня воспитывала одна. После окончания школы уехала в Москву, поступила в институт, успешно закончила, но работу по специальности не нашла. Устроилась в одну фирму - менеджером по устройству праздничных торжеств, проработала там почти два года. В апреле две тысячи второго года мне пришлось организовывать торжество по поводу шестидесятилетнего юбилея одного медицинского светила, профессора Веселовского Бориса Федоровича. Все прошло по высшему разряду, а на следующий день он приехал с букетом цветов поблагодарить меня за «отлично организованный праздник». Я очень удивилась, потому что в моей практике это произошло впервые, обычно наши клиенты больше к нам не обращались. Пригласил меня в ресторан, а через неделю пригласил к себе домой. Жил он один в большой четырехкомнатной квартире в одном из Арбатских переулков, жена его умерла несколько лет назад. Было у него два сына - один жил в Питере с семьей, другой в Германии. Прожила я с ним в гражданском браке полтора года, регистрироваться он не хотел, говорил, что в его возрасте это неприлично, обещал оставить завещание на квартиру. Но не успел, он умер от инфаркта прямо в постели. На следующий день слетелись все его родственники, как воронье на падаль, меня тут же вышвырнули из квартиры и даже пытались обвинить в его смерти. Но экспертиза установила, что умер он от разрыва аорты, просто старичок не учел свой возраст и неумеренно использовал свои сексуальные возможности. Так я осталась без жилья и без работы, к тому времени наша фирма разорилась. Мне пришлось вернуться в Тверь. После четырехмесячного вынужденного безделья, я с трудом устроилась на работу в одну из гостиниц, дежурным администратором. Там я встретилась с Вольновым, он приехал из Торжка по каким то делам и остановился в нашей гостинице. Я в него влюбилась, как говорится, с первого взгляда. Прожил он у нас трое суток и эти трое суток я почти не вылезала из его постели, забыв про работу и про все на свете. Подменяла и прикрывала меня моя напарница и подруга. Потом он уехал, я думала с ума сойду без него, но через две недели он вдруг явился, предложил мне работу в своем ресторане и я не раздумывая поехала с ним в Торжок. Он снял мне хорошую квартиру, недалеко от ресторана и жизнь моя превратилась в сплошной праздник. И продолжался этот праздник почти год. Но потом все вдруг резко изменилось, без всяких объяснений он прекратил со мной личные отношения, на работе стал требовательным и даже грубым, я пыталась с ним поговорить, выяснить, что с ним произошло, но он говорить не стал, просто сказал: - все, любовь прошла, завяли помидоры, забудь обо мне, если хочешь работать, работай, но если захочешь уйти - задерживать не буду. После его слов я будто помертвела, жизнь потеряла всякий смысл, хотела уехать, но не смогла, я просто не смогла бы жить не видя его. И начались мои мучения, он открыто при мне флиртовал с официантками, приводил в ресторан других женщин, а потом надолго уезжал с ними куда то. На работе мое душевное состояние никак не отражалось, я старалась изо всех сил быть в форме и исполнять свои служебные обязанности. За три месяца до случившегося, мы приняли на работу новую официантку, молоденькую красивую девушку. Он тут же принялся, грубо говоря, ее «окучивать», а через пару месяцев бросил и ее. Но она оказалась умнее меня, взяла и уволилась. Что все это время со мной творилось, я вам передать просто не в состоянии. При виде его во мне вспыхивала страшная ненависть, я готова была убить его у всех на глазах, а дома по ночам рыдала, вспоминая его ласки, нежность, как будто это были два разных человека. И все таки, ненависть взяла верх над любовью, я стала думать, как мне его погубить, поехала в Тверь, пошаталась по базарам, поспрашивала кой кого, где можно купить яд, якобы для старой собаки, которая уже не ходит, но никак не умирает. Мне посоветовали обратиться к одному мужчине по кличке «химик», дали телефон. Я с ним созвонилась, повторила легенду с собакой, в которую он конечно же не поверил, но в просьбе не отказал. Договорились с ним встретиться в условленном месте и за пятьсот долларов он мне передал спичечный коробок, проинструктировал, как использовать его содержимое и скрылся в неизвестном направлении. Я тут же ему позвонила, хотела у его еще кое что спросить, но мне ответил автомат, что я набираю несуществующий