Тогда в Нью-Йорке начинался день, и он был в сети. Иконка горела зеленым, а мои пальцы тянулись к кнопке "написать". Но я так и не решилась, струсила, как неуверенная в себе школьница.
Больше никогда не ощутить жар его тела, никогда не услышать ласковое и дразнящее “m’amour” у себя над ухом поутру? Больше не бродить день напролет по незнакомым улицам чужих городов, то и дело прячась в укромных подворотнях для торопливых поцелуев и ласк? Больше не испытать это ни с чем несравнимое вдохновение, когда его глаза скользят по мне с необузданной жадностью?
А чего собственно я ожидала? Что он станет ждать меня всю жизнь?
***
Приближалось Рождество, и Лондон суетился в предпраздничной горячке. Всюду витал дух новых надежд вперемежку с легкой грустью. Конец года, конец целого десятилетия: каждому хотелось похвалиться какими-то достижениями, вспомнить лучшие моменты и записать в красивый блокнот желания на год грядущий. О печалях и провалах в такие дни говорить было не принято.
С Джейком мы не общались. Мама укатила на Бали с новым поклонником на целый месяц, друзья разъехались по родительским домам. Впервые за целую жизнь я рисковала провести Рождество в полном одиночестве.
За эти шесть месяцев я было успела свыкнуться с одиночеством, в иные дни я даже упивалась свежим, горьковатым чувством полной свободы. Но куда чаще в моем сердце саднила незнакомая ранее боль, вызванная страхом утратить нечто важное навсегда.
В один из дней, когда я было уже отчаялась, в светской хронике мелькнула заметка о том, что Соледад Карр снова холостячка. Я перечитала дважды, не веря глазам. Выдохнула и перечитала еще раз. Ничего удивительного, что про Фрэнсиса там не было и слова, он умело избегал вопросов журналистов о личной жизни. Наверняка об их паре стало известно только потому, что папарацци вечно следили за Соледад. Величина ее звезды превышала месье Эрно в разы.
И я уж совсем растерялась, когда через два дня от агента пришло сообщение, что меня зовут на кастинг к Дуайту. В Нью-Йорк. Тут поневоле задумаешься о знаках судьбы.
***
В тот же день я заказала билеты и как ни в чем не бывало позвонила Фрэнсису. Восемь лет нашего знакомства пролетели у меня перед глазами, пока я ждала, что он возьмет трубку. Мы не общались шесть чертовых месяцев: ни звонков, ни эсэмэсок, ни лайков в соцсетях. Ничего. А сейчас в динамике телефона звучали длинные гудки, стремительно сокращающие тысячи миль между нами, заставляющий сердце тревожно замирать в груди.
Снимет ли он трубку? Я еще нужна ему?
Гудок.
Он ненавидит меня или думать забыл? Где он сейчас? У себя дома? Один?
Гудок.
Он на съемках и не может взять трубку?
Гудок.
Возьмет? Не возьмет?
- Привет Хейли, - слышу я в трубке любимый бархатистый голос и на миг глохну от восторга и ясной, как день мысли - он все же ждал меня. Полгода разлуки сгорают к чертям на длинных радиоволнах мобильной связи.
Глава 6
Солнечные зайчики озаряют спальню сквозь неплотно задернутые шторы, скользят по высокому потолку и стенам, играют в прятки на дубовом полу. Это лужи под домом ловят осколки зимнего солнца и отражают его повсюду мелкими брызгами. Еще вчера Нью-Йорк был скован морозом, пленен снегом, но с ночи температура воздуха поползла вверх и теперь сказочное волшебство Белого Рождества стремительно таяло.
Взгляд ласково блуждает по спящему рядом со мной мужчине. Моему вновь обретенному Фрэнсису. Даже во сне он не теряет своей особой, хищной пластичности. Выпростав длинную жилистую ногу из-под теплого одеяла, он лежит на животе, уткнувшись носом в сгиб локтя. Зимний свет холодным отблесками пронизывает смятые темно-каштановые кудри.
На улице задувает ветер, под окном шелестят ветви растерявшего все листья платана, а в нашей спальне упоительно тепло.
Вчера он снова сделал мне предложение, на этот раз я не отказала, но и не согласилась. По идее у меня больше не было причин для отказа, но я все чего-то ждала, сомневалась. А выйдет ли у нас? По сути все эти восемь лет мы ни разу толком не жили вместе, не вели общий быт, не решали общих проблем - не были командой. Мы даже верность друг другу не хранили – наши отношения были скорее неким праздником. Встречаясь то тут, то там, мы дарили друг другу фейерверк впечатлений, без всяких обязательств и ожиданий, просто наслаждаясь здесь и сейчас, без мыслей о будущем и прошлом.