Мне казалось, что я объясняю достаточно доходчиво, но Сергей, похоже, сегодня говорил на каком-то другом языке. Он меня не слышал и не понимал.
- Я же сказал. Ты - дома.
- Что это значит?
Он показал рукой на дом и снова сказал таким тоном, будто разговаривает с неразумным ребенком:
- Это дом, который я купил для нас. Мы будем здесь жить - ты и я. Пока вдвоем. Так понятно?
Я пыталась осмыслить эту странную фразу. Так, он купил дом. Ну, ладно, допустим, что он накопил на такой дом за годы примерной службы в нашей доблестной полиции. Мы будем здесь жить? Я буду здесь жить? Я своего согласия не давала. И что означает "пока вдвоем"? Эти два слова задели меня почему-то больше всех других.
- "Пока вдвоем", а потом к нам присоединится твоя бывшая жена? Или кто-то новенький, для разнообразия?
- Понял, - он тяжело вздохнул. - Да-а, я хотел привезти сюда Ирину, чтобы она объяснила тебе, что у нас с ней ничего не было. Я даже позвонил ей и попросил об этом. Но потом подумал, что не хочу видеть в этом доме никакую другую женщину вообще. Не хочу, чтобы она даже близко подходила к этой территории. Это твой дом. Я хочу оформить его на тебя. И если даже ты не захочешь меня видеть, будешь жить здесь... с нашим ребенком.
Что? Откуда он узнал? Я же запретила Авериным разглашать? Мама? Лиза?
- Не смотри на меня так. Да, я знаю. И не понимаю, почему ты сама мне не сказала. Нет, я, конечно, знаю причину. Но все-таки, тебе не кажется, что об этом я рано или поздно все равно узнал бы - у нас слишком много общих знакомых. Я не понимаю, ты считаешь, что я не имею права знать? Но ведь это же мой ребенок!
Я опустила глаза на дорожку, на которой стояла и стала рассматривать разноцветную тротуарную плитку, пытаясь осознать все, что он мне говорил. То есть, он не против ребенка? Раз говорит, что я смогу здесь жить с ним вдвоем?
- Я думала, что ты не хочешь детей.
- Что это за глупости? Кто тебе такое сказал? - он не врал. Был разозлен и удивлен.
- Никто не говорил, - а ведь и правда, я уже и сама не понимала, с чего я сделала такой вывод. Ира говорила что-то там такое о детях, а еще о том, что Сергей ее бросил? Но, чтобы конкретно она сказала, что он не хотел детей? Нет, не было такого...
- Тогда почему ты так думала? А хотя, знаешь, не отвечай! Просто поверь, что это не так, прости и выходи за меня замуж! Я хочу ребенка! Очень хочу! - он схватил меня за руку и потащил к дому. - Сейчас я тебе что-то покажу!
Как быстро менялись его эмоции! Я видела, что теперь он радовался, как ребенок, который показывает другому малышу новую умопомрачительную игрушку, купленную родителями. Я не вырывалась. Я не могла понять, что мне делать? С одной стороны, мне безумно хотелось поверить в эту сказку, по-другому, то, что говорил Сергей, я не воспринимала - настоящая сказка! Но все-таки какое-то сомнение не давало радости и счастью захлестнуть меня целиком.
Сережа отомкнул дом и повел меня через холл мимо комнат, из которых я смогла рассмотреть краем глаза только одну - большую гостиную с белым диваном и огромным телевизором на стене. Двери в остальные были закрыты.
В конце коридора он открыл очередную дверь и мы вошли. Когда зажегся свет, я замерла в восхищении: это была детская для малыша. Оформлена она была в белых тонах. Конечно, в первую очередь в глаза бросалась кроватка с кружевным, белым естественно, балдахином. В ней сидел огромный (белый) медведь. Шкаф, комод, столик, мягкий ковёр на полу... Здесь было потрясающе красиво. Я поворачивалась вокруг своей оси в центре комнаты и не могла сдержать слез.
Он, прислонившись к дверному косяку, наблюдал за мной. Я чувствовала этот взгляд, я ощущала его своей кожей, своим сердцем. Он купил дом для меня и моего ребенка? Я не могла поверить, что это все, действительно, происходит! Наконец, осмелилась посмотреть на Сергея. Он улыбался.
- Марина, тебе нравится? Я специально цвет такой выбрал, чтобы и для девочки и для мальчика подходил... Но если ты захочешь, мы все можем поменять. И здесь всего две комнаты обставлены - гостиная и детская. Остальное - на усмотрение хозяйки...
- Мальчик. Будет мальчик. Но мне нравится и так, как есть.
Его брови внезапно нахмурились, на скулах заиграли желваки. Он не хотел мальчика? Я не успела понять и осознать его мимику, как он оказался рядом, прижал к себе так крепко, что казалось и вздохнуть не смогу, тут же испуганно отстранился и заглянул в глаза.
- Прости, прости! Я - идиот! Тебе не больно?
Я не знаю, куда делась моя обида, куда делось то неприятное чувство, когда кажется, что тебя обманывают, тебе изменяют? Только сейчас мне было так хорошо в его обьятиях, что я не придумала ничего лучше, чем снова прижаться к нему всем телом и положить голову на плечо.
- Марина, я буду любить нашего сына. Я не спал с Ирой. Пожалуйста, поверь! Блядь, я каждый вечер сидел в машине возле твоего дома и, как мальчишка, ждал, когда ты будешь идти с работы, чтобы просто издалека посмотреть... Чтобы увидеть и ехать домой, где меня никто не ждет. Мне плохо без тебя... Я люблю тебя.
Слушала его сбивчивый шепот, его такие долгожданные слова и верила... каждому слову, а еще больше, чем словам, верила его молящим глазам, его горячим рукам, жар которых проникал через одежду... Я не могла держать в себе это чувство, оно переполняло меня, плескалось через край, оно грозилось утопить меня саму, если я не скажу ему...
- Сережа, я тоже люблю тебя. Очень люблю. Я согласна.
Судя по удивленным глазам, Сергей не поверил. В мое признание или в то, что я так быстро сдалась? Но разве такие поступки, как покупка дома для семьи, не говорят о серьёзности чувств и намерений? Ребенку нужен и отец, не только одна мать. Ну и самый главный аргумент в Серегину пользу - люблю его и хочу быть с ним. А Ирина? Я безумно хотела верить, что у них, на самом деле, ничего не было...
- Правда? Любишь? И никакой истерики? И прощаешь? И замуж пойдешь? Врешь, чтобы усыпить мою бдительность и сбежать?
Вот теперь я узнавала своего Серёжу - его обычный насмешливый, шутливый тон! Искорки в его голубых глазах... Его легкую улыбку, чуть приподнимающую вверх уголки губ...
- Не вру. Зачем? Живот-то растет - скоро мой позор будет виден окружающим. Мне срочно нужно замуж...
- Дурочка, - он протянул обиженно. - Зачем ты так: "Позор"? Это - счастье! Для меня просто нереальное! Я уже и не думал, что когда-нибудь отцом стану...
- А Ира? Почему у вас детей не было?
Он тяжело вздохнул, обнимая еще крепче. Я чувствовала, как его большое сильное тело отпускает напряжение, как он расслабляется в моих объятиях. И самой мне было так хорошо, что на глазах выступили слезы - становлюсь сентиментальной!
- Могли бы быть. Она не хотела. Говорила, что еще слишком молода, чтобы вешать себе на шею такую обузу. Она в тайне от меня сделала аборт. Я узнал. И поэтому развелся с ней. Она даже не сказала мне - знала, что я буду против.
Ну надо же! А я-то, идиотка, совсем наоборот все себе придумала! И ему боялась сказать! Ненормальная!
- Сережа, я и правда - дура! Прости меня, что не сказала! Я сама не понимаю, с чего я вдруг внушила себе эту глупую мысль - что ты не хочешь детей! Я не собиралась делать аборт, честно!
- Я знаю. Я целое расследование провел и все выяснил, - он говорил, а руки ласково поглаживали через ткань платья мой уже заметно выпирающий живот. - Маринка, здесь, в этом доме даже кровати нет...
- Зато я видела большой диван...
***
Она удивляла меня все больше и больше. Я ждал слез и непонимания. Предчувствовал, что с первого раза помириться не получится. А она... И о кровати я сказал в том лишь смысле, что работы в доме - непочатый край! Но в ее словах о диване я уловил особые нотки! Она меня соблазняет этим вкрадчивым тоном, этим горячим дыханием в мою шею или я принимаю желаемое за действительное?