Понятия не имею, сколько времени мы провели так: лежа в обнимку, оставаясь единым целым.
Наконец Дарриэль с явной неохотой откатился в сторону. Глубоко и размеренно задышал.
Я прильнула к его теплому боку. Лениво принялась перебирать пальцами густые темные волосы мага. Возбуждение медленно спадало, даруя мне возможность разумно мыслить. И вопросы вновь начали тесниться в моей голове.
– Иви, ну сколько можно? – капризно протянул Дарриэль. – Вообще-то, тебе к свадьбе надо готовиться. Там, конечно, целая толпа портних трудится над твоим платьем. Но хоть одну примерку-то надо сделать!
– Я быстро! – заверила его я. Затараторила: – А что с Анитой? Где она сейчас? И кто все-таки убил Вейду? Почему мой браслет взорвался, раз уж целью Филиппа был король, а не твоя отставка? И Адриан? Он меня действительно предал? Да, и сестра… Что будет с Этель?
– О небо! – взмолился Дарриэль, оборвав град моих вопросов. Посмотрел на меня с усталой улыбкой и мягко сказал: – Так, во-первых, моя дорогая. Про Аниту Эйб и думать забудь.
– Но…
– Забудь, – настойчиво повторил он. – Ты ее больше никогда не увидишь.
– Но… – Я похолодела от дурного предчувствия.
Неужели Эйган приказал убить ее? Свою единокровную сестру? Ведь как-никак она представляет определенную угрозу…
Не могу сказать, что мне нравилась Анита. Все-таки на редкость взбалмошная и капризная девица. Но все-таки зла я в ней не чувствовала, как, к примеру, в том же Филиппе.
– Да в порядке Анита, – фыркнул Дарриэль. – Честное слово! Жива и здорова. Сейчас в спешном порядке готовится ее свадьба с одним из сыновей короля Авильона. Неплохой династический брак, кстати, получится.
Я с нескрываемым облегчением перевела дыхание. Нет, я понимаю, конечно, что политика грязное дело. Но все-таки была бы крайне разочарована в Эйгане, если бы он приговорил Аниту к смерти.
– С Вейдой Торн на самом деле случилось именно то, что сказал Генри, – продолжил Дарриэль по порядку отвечать на мои вопросы. – Дуреха отправилась в гильдию некромантов и попросила защиту от призраков. Причем наивысшего порядка, которая внедряется в ауру, а не осуществляется посредством амулета. Потом выпила вина. Ну и погибла.
– Но зачем ей нужна была защита?
Дарриэль крепко сжал губы так, что они стали похожи на две тонкие бескровные линии.
– Ты слышала, что Вейда крайне болезненно отнеслась к новому увлечению своего отца и его намерению жениться, – буркнул он. – И слышала, как сильно она переживала самоубийство матери. Так вот. С недавних пор к Вейде постоянно являлся призрак матери. Требовал от нее отмщения за свою смерть, в которой обвинял более удачливую соперницу. В общем-то, это обычное дело. Неупокоенные души действительно весьма злобны. Но по вполне понятным причинам Вейда не хотела брать на себя роль палача и судьи. Поэтому и пошла к некромантам. Увы, ей не повезло. Ей попался полный болван, который решил получить с перепуганной насмерть девицы как можно больше денег. А прямые чары куда дороже, чем амулет. Тем более возобновлять их надо с удручающей постоянностью. Считай, вечный источник легкого дохода. Дальше получилось то, что получилось. Филипп, к слову, сам был донельзя удивлен таким подарком судьбы. Еще бы! Такая удача – лишний раз напомнить всем присутствующим, что во дворце урожденная Квинси. Тем более он прекрасно понимал, что я не позволю тебя арестовать. Просто из духа противоречия. Недаром так соловьем заливался, угрожая тебе расправой, а прежде придушив тебя на моих глазах. С браслетом все еще проще. Филипп осознавал, что на пути осуществления его плана стою только я. А еще он знал, что я обязательно тобой заинтересуюсь. И заинтересуюсь сильно. Хотя бы из-за поддельного приглашения, что уж говорить про принадлежность к проклятому роду. А следовательно, постараюсь если не допросить тебя, то побеседовать, так сказать, по душам. И, скорее всего, без лишних свидетелей, чем вызову активацию браслета. Даже без действующего магического контура я бы мог сорвать покушение на Эйгана. Все-таки твоя мать была неинициированной темной ведьмой, следовательно, проклятия у нее получались неидеальными. Поэтому он очень хотел, чтобы на совете лордов я отсутствовал. Как ты помнишь, браслет выкачивал из меня энергию. Не освободи ты меня от действия заклятия – я бы точно пару дней провалялся в отключке. Что позволяло ему без лишнего риска закончить начатое. Вину за смерть короля в этом случае он свалил бы, скорее всего, на твою мать. Стоит признать, твой род Филипп ну очень не любил. Ну а потом и меня отправили бы под суд по обвинению в твоем убийстве.