Я скрипнула зубами в немой злости. Еще раз посмотрела на Дарриэля. Тот в этот момент как раз любезно распахнул передо мной дверь.
– Идем? – спросил он, и не дожидаясь ответа, увлек меня за собой.
Ладно, Ивори, главное – не теряй головы! И пусть будет что будет.
Глава вторая
В обеденном зале царили шум и суматоха. Просторное помещение было битком набито народом. От смешавшихся запахов самого разнообразного парфюма тут же закружилась голова. В глазах зарябило от блеска драгоценностей.
Ох, как будто я попала не на обед, а на самый торжественный прием года.
– Я не думала, что на это мероприятие необходим вечерний наряд, – негромко проговорила я, внезапно смутившись.
Мое серебристо-серое шелковое платье по сравнению с пышными многослойными туалетами остальных временных обитательниц дворца выглядело слишком скромно и как-то… непритязательно, что ли.
– Вообще-то, в приглашениях указана свободная форма одежды и удобная обувь, – с иронией ответил мне Дарриэль. – Впрочем, я бы сильно удивился, если бы девушки нарядились как-нибудь иначе. А ведь после обеда нас ожидает еще и прогулка.
Прогулка?
Я с сомнением окинула столь блистательное во всех смыслах слова общество. О небо, да тут у большинства такие каблуки, что они стоять-то на них с трудом могут. Что уж говорить про активное передвижение.
– Лорд Тиррольд! – внезапно раздался звонкий веселый голосок.
Дарриэль тут же кисло скривился.
– Леди Эйб, – пробурчал он.
И в самом деле, из толпы выскочила уже знакомая мне рыжеволосая красавица. Как и накануне, Анита выбрала себе платье очень смелого фасона и броского огненно-алого цвета.
– Лорд Тиррольд, хотела бы поблагодарить вас за вчерашний фейерверк! – выпалила на одном дыхании Анита, словно не заметив моего присутствия. – О, это было так великолепно! Я в полном восторге!
– Рад за вас, – сухо отозвался Дарриэль и шагнул в сторону, явно желая обогнуть привязчивую девушку.
– Лорд Тиррольд, а вы случайно не знаете, что же случилось с леди Вейдой Торн? – не унималась Анита. – Я хотела ее сегодня навестить и осведомиться об ее самочувствии. Но никто мне так и не сказал, в каких покоях она расположилась.
– Вы хотели навестить Вейду? – В голосе Дарриэля скользнуло неприкрытое удивление, и он остановился. Внимательно посмотрел на Аниту, которая беспечно улыбалась, и отрывисто спросил: – По какой причине, леди Эйб? Насколько мне известно, подругами вас назвать было нельзя.
– Ну, будем откровенны: у Вейды вообще нет, не было и вряд ли когда-нибудь будут подруги. – Анита пожала точеными плечиками, едва прикрытыми тонким прозрачным шифоном. – Просто… Мне почему-то стало жаль ее. Бедняжка такая одинокая. Так опозорилась на балу и вместо сочувствий получила лишь насмешки. И я подумала, что ей будет приятно, если я приду и проведу с ней время. – Девушка вздохнула и доверительным тоном добавила: – Я уверена, что дурной характер Вейды – это напускное. Да, в последнее время она стала совсем невыносимой, но ее тоже можно понять. Вейда потеряла мать всего полгода назад, а ее отец намерен в ближайшее время второй раз жениться, даже не выдержав положенного срока траура.
– Как? – не выдержав, выпалила я. – Ее мать умерла? Но…
И осеклась, когда Дарриэль, который все это время любезно придерживал меня за руку, ощутимо сжал мои пальцы, словно пытаясь предупредить о чем-то.
Но это действительно было странно. Я помнила разговор с Вейдой до последнего слова. Она сказала, что ее родители до сих пор состоят в браке.
А впрочем, король тоже упоминал о том, что мать Вейды вроде бы недавно умерла, хотя был и не уверен в этом.
– О, леди Квинси! – Анита приветливо заулыбалась, как будто только увидев меня. Тут же печально вздохнула и протянула: – Конечно, вряд ли вы в курсе этой в высшей степени ужасной истории. Леди Эльвия Торн, мать Вейды, покончила с собой весной. Выпила слишком много снотворного. По крайней мере, когда ее нашли слуги, то рядом, как говорят, валялся целый десяток пустых пузырьков от таблеток. – Она помолчала немного, как будто желая, чтобы я как следует вникла в ее слова, после чего обронила: – Впрочем, при дворе эта смерть мало кого удивила. Всем хорошо известно, что чета Торн давно стояла на пороге развода.
Я покусывала нижнюю губу, внимательно слушая Аниту, через напускную грусть которой угадывалось нескрываемые удовольствие и восторг.
И эта девушка утверждает, будто пожалела Вейду? Ох, верится с трудом. Даже не эмпат понял бы, какое злорадство она испытывала в этот момент.