– Не переживай, они тебя не тронут, – поспешил заверить меня Дарриэль, каким-то чудом уловив мои сомнения. – Я позабочусь об этом.
Да, но как? Он же сам сказал, что его магия не действует в этом месте.
Однако я не стала задавать никаких вопросов. Вместо этого в свою очередь опустилась на колени, стараясь не думать о том, как сильно испачкаю платье, осторожно протянула руку к ближайшему камню, готовая в любой момент отдернуть ее. Сняла ментальный щит и…
О, было такое чувство, будто меня огрели пыльным мешком по голове. Я замерла в растерянности, не понимая, что вообще происходит. Весь мир вокруг, все мои воспоминания вдруг окутались черной тоской неизбежного. В один миг исчезли все желания, все мечты, все воспоминания. Осталась только усталость. Нескончаемая, тяжелая усталость. Хотелось лечь на пыльный грязный пол и просто закрыть глаза. Больше ни о чем не думать, ни о чем не переживать, ничего не желать…
– Ивори?..
У меня не было сил даже открыть глаза, чтобы посмотреть, кто потревожил мой покой. Да, голос был знакомым, но все имена путались у меня в сознании. Дарриэль, Эйган, Филипп… Да что там, я вспомнила даже старика Баксли из родового замка.
В этой мягкой темноте было так хорошо и спокойно. Я совершенно не ощущала своего тела. Мне просто хотелось качаться на волнах забвения. Ни тревог, ни обид, ни мечтаний…
Надо бороться!
Мысль всплыла из такого мягкого небытия сама по себе, словно подсказанная кем-то.
Шепот взметнулся вокруг меня. Теперь мрак говорил громче, злее, но так же неразборчиво.
Я напряглась. Представила, как комкаю тени в руках, как сдираю их со своего тела, словно отрываю обгоревшую на солнце кожу.
Тело пронзила мучительная судорога. Было так больно, как будто я и впрямь содрала с себя кожу живьем. Но мягкое спокойствие было так близко. И несло в себе спасительное избавление от страданий и всех вопросов…
– Ивори!
В следующий момент кто-то крепко схватил меня за плечи и как следует потряс. Моя голова бессильно мотнулась из стороны в стороны. Вспыхнувшее было возмущение вновь утонуло в волнах забвения. Да плевать мне! Плевать на все. Даже на мать, которая… которая…
«Отправила тебя на верную смерть», – услужливо шепнул внутренний голос.
Но гнев угас, так и не успев разгореться. Какая разница? Все, что было, – прошло. Я больше не желала сражаться и ничего доказывать кому-либо.
– Ивори!
А вот теперь мою щеку обожгла боль пощечины. Да не абы какой, а отвешенной изо всех сил. Кожа тут же загорелась огнем. Я протестующе взвизгнула, приложила ладонь к щеке, которая моментально онемела от боли.
Туман в сознании рассеивался. Медленно и неохотно, но все же. Во рту было солоно от привкуса крови. Видимо, при ударе я прикусила язык или губу.
– У вас чрезвычайно тяжелая рука, – наконец хмуро проговорила я, когда из сумрака окончательно вырисовалась фигура Дарриэля. Помешкала немного и все-таки добавила: – К слову, лорд Тиррольд, если считаете, что теперь мы квиты за ту мою давешнюю пощечину, то это не так. Ударили вы меня гораздо сильнее.
– Эйган, врежь ей еще раз, – в этот момент хмуро посоветовал Дарриэль. – Да как следует. Чтобы вспомнила, что мы отныне и вовек на ты.
Я посмотрела на короля, который с таким удивлением разглядывал свою ладонь, как будто впервые ее увидел.
– Леди Квинси, честное слово, вы первая девушка, которую я ударил, – тут же извиняющимся тоном проговорил он. – Но я просто не мог смотреть на то, как вы умираете на моих глазах. Дарриэль мешкал, поэтому мне пришлось все взять в свои руки. – И после короткой паузы добавил, виновато глядя мне в глаза: – Пожалуйста, простите меня. Кажется, я немного переусердствовал. Просто очень испугался за вас.
Я промолчала, не отнимая ладони от пылающей огнем щеки. Король тяжело вздохнул, явно преисполненный раскаяния.
– Да, кстати, – сказал он с неловким смешком. – По какой причине вы дали пощечину Дарриэлю? Он не рассказывал мне об этом.
– Поверьте, за дело, – сухо сказала я, по вполне понятным причинам не желая углубляться в подробности той истории. Кашлянула и спросила: – А что, собственно, случилось?
– А то, Иви, что ты почти заблокировала эти проклятые камни, – с готовностью ответил Дарриэль. Подал мне руку, и я нехотя приняла ее.
Верховный маг легко поставил меня на ноги. Правда, при этом меня опасно повело в сторону, и он прижал меня к себе, не давая упасть.
Правда, при этом его ладонь словно невзначай опустилась не на мою талию, а на бедро. Собственническим жестом огладила его.
Наверное, стоило бы возмутиться и призвать его к ответу. Но…