– Леди Квинси? – в этот момент раздался удивленный вопрос Аниты. – Что с вами? Вы как-то побледнели.
– Все в порядке, ничего страшного, – глухо проговорила я, сама всеми своими мыслями потянувшись к Дарриэлю.
Ему необходимо об этом узнать!
Но, увы, по какой-то неведомой причине на сей раз меня ожидала полнейшая неудача.
Верховный маг почему-то наглухо отгородился от меня ментальным щитом. И я никак не могла понять, что не так. Неужели обиделся на то, что я чуть ранее сделала то же самое?
А в следующий момент произошло нечто совсем уж странное.
Весь дворец вдруг содрогнулся до самых своих основ. Закачался, как будто собираясь в любой момент рухнуть, погребя нас всех под своими обломками.
Кто-то рядом душераздирающе завизжал. Со стола со звоном посыпалась фарфоровая посуда, разлетаясь на осколки.
И вдруг все стихло.
Я осторожно приподнялась и ошалело помотала головой.
Наверное, мне повезло больше других. Все это время я провела на стуле, до побелевших костяшек впившись в край стола. Каким-то чудом меня миновали и брызги еды и горячих напитков, и острые осколки бокалов и чашек. А вот многие девушки уже собирались уходить после завтрака. Тех несчастных, которые в этот момент были на ногах, неплохо разметало по залу. То и дело раздавались стоны и приглушенные жалобы.
– Ничего себе! – Анита привстала. – Это что такое было, демоны всех раздери?!
Словно в ответ на ее слова из коридора послышался быстрый топот. И мгновенно в зал ворвалось несколько стражников в голубой королевской ливрее.
– Леди Ивори Квинси, – выступил вперед один из них, сразу же безошибочно отыскав меня взглядом. – Именем короля, вы арестованы!
В зале тут же стих любой шум. Казалось, будто все присутствующие вообще перестали дышать от напряжения.
– Но почему? – непонимающе выдохнула я.
– По подозрению в покушении на жизнь короля.
Шире распахнуть глаза я при всем желании не могла. Поэтому просто приоткрыла рот, не в силах поверить своим ушам.
Да быть этого не может! Что вообще происходит?
«Ивори, – тут же раздался в голове строгий и властный голос Дарриэля. – Даже не вздумай сопротивляться».
Сердце больно закололо. Сначала поднялось к горлу, затем рухнуло и прочно обосновалось в пятках.
Нет, я не верила, не хотела верить во все это…
Но… Моя инициация, мое обретение темного дара и восстановление магического контура дворца – звенья одной цепи. Я сама думала о том, что нужна королю и Дарриэлю лишь для победы над Филиппом на предстоящем совете лордов. Что, если они уже добились своего? А стало быть, я им больше не просто не нужна, но и стала слишком опасна. Недаром Эйган противился всей этой затее. Нельзя держать инициированную темную ведьму в королевском дворце.
Поразительно! Неужели Дарриэль обманывал меня все эти дни? Я ведь готова была поклясться, что он никогда не позволит причинить мне какой-либо вред. А как же его слова, клятвы, эмоции? Как же его поцелуи и ласки?
– Леди Квинси, – протянул один из стражников, видимо настороженный моим слишком долгим молчанием. – Прошу, не делайте глупостей и не усложняйте нам задачу. Если вы не пойдете с нами по доброй воле, то нам придется волочь вас силой.
Еще один согласный вздох изумления. И всей кожей я ощутила злорадство, медленно сгущающееся в зале.
Я медленно выпрямилась. Горделиво вздела подбородок, не позволив и слезинки скатиться из глаз. И неторопливо отправилась к поджидающим меня мужчинам.
Глава четвертая
– Как видите, лорд Тиррольд полностью дискредитировал себя в качестве верховного мага!
Филипп Грей, глава Тайной канцелярии, возвышался в центре зала для собраний. В его лице, казалось, не осталось ни кровинки, лишь на скулах ярко пламенели пятна гнева. Тонкие губы кривились, а кулаки были сжаты изо всех сил.
– Магический контур дворца не работает, в чем вы все, увы, только что имели несчастье воочию убедиться, – продолжал он, поочередно впиваясь взглядом в каждого из присутствующих, сидевших в креслах вокруг него. – И благо еще, что сработало мое защитное заклятие, которое я загодя установил на его величество, потому как давно уже подозревал неладное! Только благодаря этому наш правитель жив.
Я украдкой посмотрела на Эйгана.
Очень бледный, он почти лежал, безжизненно запрокинув голову на спинку кресла. Около него встревоженно суетился Генри, с чьих пальцев то и дело соскальзывали голубые прохладные искры.