— Братишка, ты, что ли, трудностей испугался? — вкрадчиво спрашивает Иван и ставит меня в тупик.
— Да нет конечно, — хмыкаю я. Никогда не пасовал перед трудностями. — Тут дело немного в другом. Во мне. Я не уверен, что смогу, а главное, захочу вляпаться в серьезные отношения. А легкая интрижка ее не устроит.
— Паш, я тебя не узнаю, — напряженно говорит брат.
— Я сам себя не узнаю, — тяжело вздыхаю. — Ладно, вечером приеду, и поболтаем.
— Давай, буду ждать.
— Девчонкам и мальчишкам привет, — невольно улыбаюсь, представляя семейство брата. Жена, дочка и совсем крошечный сын. Идиллия. Но не для меня.
— И тебе, — отзывается Иван с улыбкой.
Сбрасываю звонок и убираю телефон в карман. Не могу сказать, что мне стало легче после разговора с братом, но все же полезно увидеть себя со стороны. Залпом допиваю остывший кофе и иду обратно в дом. Настроение паршивое, хоть волком вой.
Говорят, физический труд помогает избавиться от навязчивых мыслей. Врут. Ни черта он не помогает. Сколько ни пытаюсь выкинуть из головы сероглазую нимфу — не получается. С горем пополам дотягиваю до вечера. Ситуация не меняется, да и стройка не двигается с мертвой точки. Все валится из рук, и ничего не получается.
Надо собираться и валить домой, не могу больше здесь. Тошно. Наспех собираюсь. Вернусь чуть позже, когда рабочие отремонтируют дом. Надо только прислать на почту фронт работ. Сажусь в машину и плавно трогаюсь с места. Тете Вале позвоню позже, когда придумаю вескую причину для своего позорного бегства.
С каждым метром дороги уверенность в правильности выбранного пути тает, как снег под солнцем, но я упрямо жму на газ. Пролетаю поворот к конюшне и резко давлю на тормоз. Машина встает колом, а ремень болезненно впивается в шею. Да чтоб тебя!
Роняю голову на руль и стараюсь дышать ровно, но сердце лупит в ребра, разлетаясь вибрацией по всему телу. Да что за трешак такой? Не могу я уехать вот так. Что-то не пускает. Точнее, кто-то. Да в пень! Надо закрыть этот гештальт. Завтра уеду, а сегодня я обещал покататься на лошадях. Резко разворачиваюсь и еду на конюшню.
Глава 13 Лидия
Никак не могу понять, что со мной происходит. С самого утра как на иголках. Вроде и ничего необычного не происходит, но в то же время как-то не по себе. Сердце взволнованно дергается в груди на каждый шорох, а в душе теплится странная тревога. Что ж такое? Так и до паранойи недалеко.
То и дело ловлю себя на мысли, что жду Павла. Интуитивно поглядываю на дверь, периодически выхожу на дорогу, чтобы проверить, не несется ли вдалеке его машина. С ума, что ли, сошла? Надо срочно выкинуть всю эту чушь из головы и заняться делом.
Буквально заставляю себя работать, благо на конюшне всегда есть чем заняться. Убираю у лошадей в денниках, чищу их и кормлю, а внутри по-прежнему творится хаос. Да что ж такое! Сажусь на лавку и прячу лицо в ладонях. Что это? Почему? Зачем?
Слышу, как скрипит дверь, рефлекторно поднимаю голову и вижу его. Пульс мгновенно разгоняется, а дыхание срывается. Вот еще! Глупости какие!
— Здравствуй, Лида. — Павел улыбается и идет ко мне, а я не знаю, куда деться от смущения. Оказываюсь совершенно не готова к встрече. Даже не знаю, как вести себя.
— Здравствуйте, Павел, — выдавливаю из себя и поднимаюсь на ноги. Чувствую, как пылают мои щеки, только бы он этого не заметил в сумерках конюшни.
— Мы на «ты», забыла? — Его вкрадчивый голос рассыпается по коже мурашками и вызывает легкий озноб. Зябко веду плечами и отвожу взгляд в сторону.
— Да, конечно… — сухо улыбаюсь и трусливо сбегаю. — Пойдем.
Павел неотступно следует за мной. Слышу его тяжелые шаги за спиной и никак не могу сосредоточиться на главном. Боже, коленки дрожат, а ладони становятся влажными. Никогда такого со мной не было. Может, я заболела? Этого еще не хватало…
— Лада и Брест более спокойные, — указываю на лошадей, стоящих друг напротив друга. — Думаю, должны тебе подойти.
Павел оглаживает их дружелюбно тянущиеся к нему морды и улыбается.
— А вон тот вороной красавец?
— Фаренгейт, — на автомате произношу его имя и качаю головой. — Не стоит… он очень своенравный. Мне, конечно, все равно, но…
— Думаешь, не справлюсь? — говорит серьезно, а глаза смеются. Так и вижу весело дурачащихся чертиков.
— Почти уверена, — хмыкаю я и вновь отвожу взгляд. Не могу на него смотреть и находиться рядом тоже не могу. Как-то мне не по себе. Вроде Павел ведет себя более чем прилично, а все равно чувствую исходящую от него угрозу. Сердце отбивает ритмичную дробь и никак не желает успокаиваться.