И снова в памяти промелькнула тень монстра, склонившегося над телом мамы. Я задергалась, замотала головой, изловчилась и впилась зубами в руку мужчины.
Тут же он меня схватил за шиворот, сжав платье вместе с волосами, и поднял. Мгновенно воцарилась тишина, и стих стук копыт. От неожиданности я задохнулась и слышала только, как сердце колотится.
Первое, что я увидела – это глаза темные, почти черные с огненными всполохами гнева внутри. Этот взгляд казался настолько неестественным, что на мгновение ослепил. Лицо было бледным, как месяц над головой. Я разглядела черную бороду на впалых щеках и нижней челюсти. Она придавала лицо хмурое выражение. Прямой нос, немного выдающиеся скулы, волевой подбородок и проницательные глаза делали его лицо привлекательным. Но не эталонной красотой, а настоящей мужской, с легкой чертой грубости во внешности.
Я задергалась в мощной руке, не в силах отвести взгляда от пристальных глаз, наполненных расплавленной магмой. Она колыхалась вокруг бездонного зрачка, в котором мое отражение напоминало застрявшую в силках птицу. Все мои внутренности затопил почти осязаемый страх. В висках гудело и пульсировало. От ужаса я оцепенела и могла только с тонким свистом втягивать воздух. Мужчина, разглядывающий меня, мало чем походил на живое существо, скорее, на ночной кошмар. Его звериные глаза прожигали меня из-под сдвинутых на переносице бровей. Он склонил голову к плечу, покрытому темной тканью плаща, и рассматривал меня, как запаршивевшего щенка.
– Еще раз укусишь – в реке утоплю, поняла? – рыкнул Призрак. В нос ударил горький запах дыма, которым была пропитана его одежда.
Голос прошелся по телу обжигающей ледяной волной, заставляя трепетать, словно лист на осеннем ветру.
– Будешь злить – до места не доедешь.
– А куда… куда вы меня везете? – дрожащим голосом спросила я.
– Пока на постоялый двор, – ответил он, возвращая меня на место.
«А что потом? – подумала я. – Потом убьешь меня, как остальных?»
– Вы, смертные, такие наивные, – послышалось над ухом. – Если бы я хотел убить тебя, то давно бы уже это сделал.
Он только усмехнулся, наблюдая, как я пытаюсь отодвинуться от него.
По мере того, как мы продвигались дальше, ветер становился сильнее, а ночь все темнее. Сквозь кружевные ветки деревьев месяц светил тускло, будто лениво.
Вскоре показался дом на краю какого-то поселения – темная громадина, состоящая из основного крыла и двух пристроек.
Мы остановились возле двора, окруженного высоким каменным забором с массивными воротами.
Призрак слез с коня и постучал в решетчатую калитку.
Его темная рубашка была закатана до локтей, на жилистых руках виднелась темная поросль волос.
Спустя несколько минут калитка распахнулась, и я увидела гоблина – низкорослого, клыкастого. В свете луны его кожа казалось серой, а глаза – запавшими и маленькими. Тетушка Цинна как-то рассказывала об этих прожорливых и туповатых существах. Глядя на появившегося передо мной гоблина, я поежилась, втянула голову в плечи и сильнее вцепилась в седло.
– Кто такие? – недовольно прорычал он.
– Нам нужна комната, – сухо бросил Призрак, не отвечая на вопрос и взирая сверху вниз.
Несколько мгновений гоблин рассматривал нас, видимо решая, пускать или нет.
– Здесь вам нет места, – буркнул он, собираясь закрыть калитку, но тут за его спиной появилась еще одна темная фигура.
– Унгал, кого там в такое время принесло? – раздался противный скрипучий голос.
– Это я, и мне нужен ночлег, – снова повторил просьбу Призрак.
Последовали несколько долгих мгновений тишины, после чего раздался звук, похожий на звериный рык.
– Унгал, ты совсем ослеп? Не видишь, кто перед тобой? – снова послышался скрипучий голос. До моего слуха донесся звук подзатыльника.
Через мгновение калитка распахнулась, и в проходе появился другой гоблин, чуть выше ростом и крупнее.
– Проходите в дом, благородный господин. Для вас у нас всегда место найдется, – на едином выдохе, свистящим полушепотом произнес он.