На востоке уже рассвело, и вот-вот собиралось показаться солнце. Надо было торопиться. Я и так потерял слишком много времени, а мне предстояло еще добраться до Крадены.
– Держи коня, Смотритель, – протягивая поводья, пробормотал гоблин по имени Ляйхо.
– Не вздумайте обижать девчонку. Я вернусь через два дня, – буркнул я, поглаживая Пепла по шелковистой гриве.
– На этот счет можешь не беспокоиться, – пробубнил под нос гоблин. – Старая Ойрин умеет обращаться с малявками вроде этой.
Я попытался представить, что может произойти за два дня, но решительно отмел все образы, которые подкинуло разыгравшееся воображение. Впереди меня ждала работа.
Створки ворот со скрипом открылись. Я вскочил на коня, ударил его в бока и продолжил путь.
В Крадену я прибыл ближе к полудню. Город бурлил бесконечными потоками людей, и быстро, и медленно бредущих в разные стороны. Они входили и выходили из лавочек, магазинов и увеселительных заведений.
Мне и раньше приходилось бывать в этом городишке, поэтому я мало-мальски знал, что и как тут устроено.
Приезжая сюда, я любил поиграть в карты в комнатах заведения «Веселая пташка» или у мадам Битти. Там было весело и шумно, а девушки отличались приятной внешностью, привлекая посетителей вызывающе яркими нарядами.
Первым делом я решил наведаться в любовный дом мадам Битти. Работающие в нем молодые особы были довольно болтливы и могли рассказать много чего интересного.
Я подошел к большому двухэтажному зданию. Рядом с ним соседние дома казались жалкими сараями. Через улицу виднелись строения с островерхими крышами и башенками, с витражами в окнах и большими лужайками.
На первом этаже любовного дома располагался шумный бар, в котором с ночи до утра играл оркестр.
Массивная люстра у входа сверкала сотнями свечей. На верхнем этаже находились комнаты, где девушки принимали посетителей заведения. Коридоры и залы дома были обставлены дорогой мебелью из плюша, на окнах висели плотные темно-зеленые шторы, а стены украшали зеркала в золоченых рамах.
Мадам Битти появилась сразу, как только я переступил порог дома. При виде меня она широко улыбнулась, продемонстрировав отсутствие переднего зуба, и присела в низком реверансе.
– Вы у нас нечастый гость, господин Смотритель. И оттого более желанный. Чем мы вам сегодня можем услужить?
Я посещал этот любовный дом давно – последний раз это было почти год назад.
Именно девочки мадам Битти помогли мне в прошлый раз поймать метаморфуса, наводившего ужас на всю округу.
Я нормальный мужчина с нормальными потребностями, поэтому наличие постоянных любовниц из числа не слишком обремененных моралью дам избавляло от проблем. Мне никогда не нравилась продажная любовь, но чего не сделаешь ради дела.
– Найдите мне светленькую, мадам Битти, – попросил я.
Лицо хозяйки расцвело в широкой улыбке.
– У меня как раз появилась такая девушка в заведении. Работает совсем недавно, но чудо, как хороша!
Я вынул из кармана кошель, достал несколько монет и протянул ей. Вокруг глаз хозяйки моментально появились морщинки-лучики – сумма была более чем достаточная.
Мы с мадам Битти поднялись на второй этаж. Она отворила угловую комнату и прошептала:
– Располагайтесь.
Я остался один. Эта комната была мне знакома – в прошлый свой приезд был здесь. За это время тут поменялись лишь шторы на окне и покрывало на старой кровати – ткань выглядела свежее.
Расстегнув плащ, я сел на стул возле двери и стянул сапоги. Когда в комнату вошла девица с роскошными светлыми волосами, на мне оставались штаны и рубаха. Девица призывно улыбнулась, качнула пышной грудью и широкими бедрами.
Привычным движением она расстегнула корсаж. Платье моментально сползло на талию, оголив полные груди с темными сосками. Девица сладко улыбнулась и призывно посмотрела на меня. Широкие плечи и налитые груди выдавали в ней простолюдинку. Если бы она жила в деревне, то вполне могла бы стать кухаркой или прачкой в доме местного землевладельца, в крайнем случае, кормилицей для его детей.
Одним движением я стянул с себя рубаху, девица к этому времени уже разделась окончательно и расстелила постель. Я подумал, что даже не знаю ее имени – хотя для меня это было неважно.