Мама рассказывала, что схватки у нее начались сразу после представления, прямо за кулисами.
Отец говорил, что это была моя премьера – моему звонкому голосу в тот день рукоплескали все собравшиеся на сцене артисты. Больше мне пока не представилось случая предстать перед зрителями, но я была уверена, что все впереди.
А вот мой старший брат Рэйн уже выступал и очень этим гордился. Я смотрела на его покрытое гримом лицо и искренне завидовала.
Новый взрыв рукоплесканий встретил актрису в длинном белоснежном наряде, появившуюся из бутафорских облаков. Публика с открытыми ртами слушала, как она нараспев декламировала песню любви.
Когда представление закончилось, гром аплодисментов, смешавшись с оглушительными криками, разнесся над городской площадью.
– Браво! Браво! – ревела толпа.
Одобрение было единодушным.
Отец появился неожиданно, вынырнул из-за кулис, словно прошел незримую стену.
– Венда, иди собирать монеты, пока зрители не разошлись, – крикнул он, протягивая мне начищенный до блеска медный поднос.
Минуту спустя я уже протискивалась через гомонящую толпу. Крупные и мелкие монеты сыпались на меня градом. Оставалось лишь с ловкостью жонглера их ловить и благодарить довольную публику.
Того незнакомца я заметила не сразу.
– А вы господин, не хотите поблагодарить артистов за их труд? – весело спросила я, обратившись к мужчине, который стоял ко мне спиной.
Деловито подбоченилась и постаралась изобразить на своем лице безмятежность в ожидании вознаграждения, но когда он повернулся, от неожиданности попятилась и чуть не перевернула поднос с монетами.
Передо мной стоял тот самый человек, которого я едва не сбила с ног в переулке.
– Ну что же ты? – усмехнулся он, протягивая мне серебряную монету. – Вот моя плата за представление.
Вокруг меня люди в толпе встревожено зашептали.
«Призрак!» – услышала я.
«Что он здесь делает?» – сказал другой голос.
«Зачем он пожаловал к нам?» – раздавалось тут и там.
– Ну так как? Возьмешь монету или мне вернуть ее в свой карман? – насмешливо приподняв бровь, спросил незнакомец.
Он говорил тихим голосом, едва слышно, но для меня его слова звучали так громко, будто ревела труба.
На негнущихся ногах я подошла ближе. Мужчина протянул руку к подносу и на мгновение застыл.
– Ты не сказала мне, как тебя зовут, – сказал он.
Мужчина вскинул голову, черные влажные глаза блеснули, точно уголь во время дождя. В эту минуту мне показалось, что где-то внутри его зрачка полыхнул огонь.
– Венда, – прошептала я, смущенно потупившись, словно боялась, что он увидит панический страх в моих глазах.
Он положил монету на поднос, и я, сорвавшись с места, полетела к отцу. За спиной еще долго слышался его хриплый хохот.
«Нет, ну до чего же неприятный тип», – разозлилась я, убегая на безопасное расстояние.
Глава 1.1 Призрак
Ну и развеселила же меня эта девчонка с черными кудряшками! Так забавно смотреть, как ее трясет от страха при одном только взгляде на меня. Я не удивился бы даже воскресшему драконьему хвосту, но, увидев ее, немного оторопел: так сильно она похожа на мою покойную сестру Диану. Ди – так я называл ее в детстве.
Я смотрел на девчонку со смешанными чувствами: удивление переплелось с ностальгией и грустью. Она подняла на меня ярко-голубые глаза, изумительно чистые, сияющие, точно сверкнувшие на солнце льдинки. Казалось, они смотрели в глубь времен, познали начало начал и видели все таким, как оно есть.
Диана была моей единственной единоутробной сестрой, и я никогда не думал, что встречу кого-то, кто был бы так похож на нее. Это просто невероятное совпадение, но иногда судьба играет с нами в странные игры.
Заметив девочку в толпе на площади, решил узнать ее имя, но этим еще больше напугал. Никогда бы не подумал, что дети так боятся меня.
Мое имя Доновальд фон Боррейн, для родных Дон, но я уже не помню, когда в последний раз слышал это имя. Люди кличут меня Призраком, и они неслучайно так меня называют. Я, как и любой другой вампир, обладаю сверхскоростью, могу внезапно появляться и исчезать, оставляя за собой лишь темную дымку.