На долю секунды почувствовала себя невесомой пылинкой. Я была беззащитна перед его хищным взглядом. Этот человек гипнотизировал меня, затягивал в паутину, словно пронизывал насквозь, подавляя мою сущность.
Было такое ощущение, будто он читал мои мысли, как открытую книгу, и видел каждую мурашку на моей коже.
Отзвучали последние аккорды, пение закончилось, на несколько секунд в комнате повисла длинная пауза.
– Это было чудесно, дитя мое! – захлопала в ладоши Агна.
Я смотрела перед собой и краем глаза видела аплодирующие руки и едва заметную улыбку опекуна.
– Превосходно! Чудесная музыка и прекрасный голос, – медленно сказал он, затем картинно зевнул, прикрывая рот ладонью. – У меня был трудный день, леди. Прошу прощения, но я, пожалуй, пойду.
Опекун подошел к тетушке, поклонился и поцеловал ее руку на прощанье.
– Спокойно ночи, Агна, – вежливо проговорил он, и, обернувшись ко мне, слегка кивнул и сухо добавил: – Доброй ночи, Венда.
От его взгляда я внезапно смутилась, щеки горели жаром.
– Спокойно ночи, милорд, – дрожащим голосом ответила я.
Сглотнул судорожно, и взгляд полоснул оранжевым, отражаясь бликами на его темной коже. Дыхание участилось, и крылья носа раздувались в такт вдоху и выдоху.
– Можешь звать меня Доном, – сказал он и, не произнеся больше ни слова, развернулся и стремительно покинул комнату.
После его ухода я облегченно вздохнула и позволила себе немного опустить плечи. Сегодняшний вечер оказался для меня настоящим испытанием.
– Я, пожалуй, тоже пойду, тетушка, – тихо сказала я, поднимая на Агну усталый взгляд.
– Спокойной ночи, детка, – ответила она, обняла меня за плечи и погладила по голове. – Боги наделили тебя поистине великим даром. Возможно, это твой шанс заявить о себе миру. Я попрошу Дона отвезти тебя ко двору.
– Благодарю вас, – я смиренно опустила глаза вниз. – Спокойной ночи, тетушка.
Я покинула гостиную, кивнув Агне на прощание.
От всех свалившихся на мою голову переживаний клонило в сон. Пушистая перина показались мне настоящим блаженством, как и мягкая подушка с ароматом мяты. Стоило голове коснуться ее, как я провалилась в сон, мудро отложив все переживания на потом.
Глава 10.1 Призрак
Увидев Венду, я замер, как вкопанный, и не мог отвести взгляд от ее еще по-детски нежного лица. Сам не заметил, как подошел и коснулся ее тонких пальцев. Меня тут же ослепила яркая, как молния, вспышка, будто внутри что-то взорвалось. На короткое время я ослеп и оглох, все мысли разбегались в разные стороны, одна быстрее другой, и я не мог сосредоточиться ни на одной из них.
Я некоторое время приходил в себя, не в силах ни думать, ни двигаться. Все чувства, которые я испытывал к женщинам до этого момента, показались мне незначительными и ничего не значащими. Никогда не думал, что простая смертная в один миг ядовитым туманом сможет разъесть мои внутренности и заставить кровь пузыриться.
«Это все русалки. Это их магия что-то со мной сделала, – злился я. – Зачем только я их послушал и приехал сюда?»
Венда стояла передо мной, дрожа и глядя в ужасе, будто перед ней был самый ужасный кошмар в ее жизни. В глазах ее плескались такая паника, что я даже заглядывать в них боялся, чтобы еще больше не напугать. Под бледной кожей, едва тронутой солнцем, проступали голубые прожилки вен, а от губ кружилась голова, и саднило горло, словно от смертельной жажды.
И тут Венда запела просто, непринужденно, и под высокими сводами замка раздался такой чистый, прекрасный голос, какой никогда еще не звучал в этих стенах.
Мне до боли захотелось прикоснуться к мягкому рту, захватить эти губы своими губами, языком скользнуть внутрь и сплестись с ее языком. Вдохнуть ее дыхание, гладить шею, пропитаться запахом насквозь.
При звуке этого голоса, такого сильного, такого проникающего в душу, с которым не мог сравниться ни один голос того времени, дрожь пробежала по моему телу.
«Да что это со мной такое? – хмурился я, не в силах справиться с собственными эмоциями. – Это же та самая девчонка, что не давала мне покоя своим острым языком и безжалостным ехидством. И даже то, что она ничего не помнит, ничего не значит. Я-то помню. Я все помню: и как мой брат Эрх вместе с метаморфусами убивал ее родных, и как поклялся убить ее саму. И она когда-нибудь все вспомнит, и снова возненавидит за то, что струсил и не выдал Эрха Клану».