В этих краях я оказался проездом. Жизнь Смотрителя ему не принадлежит, куда направит Клан, туда он и едет. Сейчас я направлялся в местечко, под названием Крадена, где в последнее время часто находили людей с разорванным горлом. Король считал, что за чередой этих смертей стоят вампиры. Я, как Смотритель, должен был доказать обратное, или же найти и наказать того, кто нарушил многовековое соглашение между людьми и созданиями. Я способен забраться в сознание любого существа, будь то человек, вампир, гоблин или демон, не боюсь солнечного света, серебра и прочих священных реликвий, которых остерегаются другие создания тьмы.
По меркам людей, я уже немолод. Родился восемьдесят два года назад в родовом поместье барона Леандра фон Боррейна, но, как мне кажется, выгляжу довольно молодо: лет на тридцать-тридцать пять, не больше. Моя мать, баронесса Аврора фон Боррейн, – обычная женщина, а мой отец – древний вампир, член Клана Черных рыцарей. Более трех сотен лет назад этот Клан подписал с Королем Аквеллории соглашение о том, что вампиры не станут охотиться на его землях. Позднее вампиры часто женились и выходили замуж за обычных людей. В таких семьях очень редко рождался ребенок вампир. В этом случае его называли «рожденным». По сравнению с древними вампирами, эти существа, как их называли люди, могли довольствоваться кровью животных. Человеческая кровь для них была сродни наркотику, от которого рожденный вампир мог лишиться разума и даже погибнуть.
Я, в отличие от моей сестры Дианы, родился вампиром. И если отцу еще требовалась человеческая кровь, то мне достаточно было напиться крови животного, чтобы утолить голод,. Поставщиками крови для отца и других древних вампиров служили преступники, приговоренные к казни.
После скоропостижной смерти моих сестры и матери, отец исчез, и моим воспитанием занималась тетка баронесса Орлетия фон Бошам.
В Варос я заехал, чтобы сменить подкову своему жеребцу. Пока кузнец возился с лошадью, решил прогуляться до центральной площади. Если верить зазывалам, вскоре здесь должно было состояться представление бродячих артистов.
В переулке на меня со всего маху налетела та шустрая девчонка. Не успел я опомниться, как она выскользнула из моих рук. Каково же было мое удивление, когда я заметил ее в толпе – она собирала плату с публики за представление.
«Венда», – так, кажется, она представилась. На вид девчонке не больше десяти лет, Диане было столько же, когда она умерла.
Тряхнул головой, прогнав грустные мысли в мрачную дымную даль, и отправился к кузнецу за конем.
Лишь на закате мне удалось покинуть городок и продолжить путь. До Крадены нужно было бы проехать еще с десяток миль, поэтому, привязав коня на опушке к кусту бересклета, я отправился в лесную чащу, чтобы подкрепиться.
Стадо оленей выходило из-за деревьев на другой стороне поляны, чтобы спуститься к вечернему водопою.
Я почувствовал их задолго до появления. По телу волнами прокатилось нетерпение. Несмотря на голод, не стал нападать сразу, а долго смотрел на вожака, восхищаясь его силой и мощью. Сумеречный лес замер, точно ожидая, что же будет дальше.
Мои ноздри приятно щекотало от аромата крови, тонкого, возбуждающего аппетит, будоражащего разум.
Зверь заметил меня не сразу, а увидев, мотнул головой и помчался вглубь леса. Его первобытный страх отдавал запахом дыма, в тот момент я почувствовал именно такое. Вселенский ужас и смятение – вот чем от него воняло.
Одним движением я сгреб его мощные рога. Мне хотелось выпустить на всю длину клыки, но я не торопился. Погладил его горло большим пальцем, провел когтем по шее сверху вниз, прижал губы к пульсирующей артерии, продлевая удовольствие.
Ни с чем несравнимое наслаждение испытывают вампиры, когда чужая кровь льется по горлу, начинает пульсировать в жилах.
Когда на его шее сомкнулись мои клыки, он дернулся от боли. Мой язык лизнул выступившую из раны кровь, и она полилась в рот. Вначале робкой струйкой, а потом сильным потоком. Сердце забилось в бешеном ритме, меня наполняла дикая, первобытная сила.
Я будто наблюдал со стороны, любуясь агонией животного, получая удовольствие от причиняемого страдания.
Резкое движение – и острые когти разорвали нежную плоть. Уже через секунду мои пальцы погрузились в его горячие внутренности.