— Какой столик? — Вячеслав не психует, говорит ровно. Наверное, он-то ест мясо.
— С блондинкой.
— Тут их две, Аксинья, — прорываются нотки раздражения.
— Одна. У другой платиновый блонд. Эту деталь я бы упомянула, Вячеслав Борисович.
Ну что за мужчины?!
Остаюсь стоять в коридоре. Иногда захожу на кухню, может, угостят чем. Жутко проголодалась. Снова ела только утром маффин из ресторана быстрого питания. Он был сухим и совсем несладким. В отличие от кофе, куда насыпали сахара больше, чем самого кофе.
— Держи, — один из поваров протягивает мне миску с салатом. Моим любимым.
Не знаю, как этот парень в смешном чепчике узнал, но я улыбаюсь такой улыбкой, какой никогда не улыбалась.
— Спасибо! — Да я расцеловать его готова. Вкуснотища!
— Виталий. Я тут это... Повар. Типа.
А вот с подкатами у него туго.
Пережевываю быстро и качаю головой, давая ему еще одну попытку. Поваров расстраивать нельзя. Это правило номер один.
— Виталий. Местный повар, — протягивает руку.
— Аксинья. Официантка, но скоро буду директором, — пожимаю.
— Кхм, — покашливание сзади настойчивое. Сглатываю громко.
«Ларгус» терроризирует взглядом то меня, то Виталия, при этом молчит. Но его скулы напрягаются до острого состояния, словно челюсть себе вправить хочет.
Он все слышал?
— Ужин у нас для персонала по расписанию, Аксинья. Как только его приготовят, вас позовут, — сверлит глазами, мне даже жарковато становится, а расстегнуть рубашку не выйдет. Грудь вывалится.
Вот ведь узурпатор.
— Спасибо, Виталий. Вы душка, — зачем-то слегка приседаю, как перед великим герцогом.
А Вячеславу достается мой угрюмый взгляд. Если он так всегда обращается с девушками, не удивлюсь, что он одинок.
— Еще раз увижу подобное, лишу премии, — слышу за спиной. Да «Ларгус» настоящий фашист!
В зал возвращаюсь воинственно. Движения отточенные, немного нервные. Если на моем пути попадется кто-то, кто поведет себя как та блондинка, спущу заказ им на голову.
Кстати, та веганша ушла. Ее столик пуст и готов приютить новых гостей. Сейчас в ресторане очень уютно: приглушенный свет, гирлянды. За окном падает снег.
Обычно в это время мы с девчонками ходим на групповые занятия в фитнес-клуб, а потом садимся в баре и заказываем свежевыжатые соки.
Стало грустно. Хоть и чувствую себя преданной, я все же скучаю по ним. По компании, веселью, разговорам и сплетням.
Остаток смены проходит скучно. Меня не пускают к гостям, и я обслужила максимум три столика. Если это не отразится на зарплате, то я не против.
На ужин Виталий мне приготовил дорадо под сливочным соусом, но я ела очень быстро, чтобы Ларгус Борисович не засек. Чего доброго отнимет. С него станется.
— Ты завтра в какую смену? — спрашиваю своего нового друга.
Виталий чуть полноват, и мне хочется потрепать его за щечки.
— А ты?
— Наверное, в первую. Но это неточно.
— Тогда я тоже в первую. Приготовлю тунца. Хочешь?
— Виталий, если ты так продолжишь, могу в тебя влюбиться!
Шутка, но повар покраснел. И не боится ведь кары Борисыча. Тот обещал премии его лишить, и это под Новый год. Ну точно фашист.
Переодеваюсь в свою одежду, а форму вешаю в шкафчик. Чуть дольше рассматриваю рубашку. На ярлыке «Charvet».
Выходит, Вячеслав не обманул. Буду в машине, обязательно погуглю про этот бренд. Качество отменное и пахнет... Мужским парфюмом. Но вряд ли «Ларгус» дал мне чью-то нестиранную вещь. Он все же душный чистоплюй. Половые тряпки, наверное, стирает после каждой уборки, а в барабан никогда не закинет нижнее белье вместе с носками. Я такое только у французов встречала.
— Не думал, что вы будете выходить из ресторана самой последней.
Легок на помине.
— Технически самым последним выходите Вы, Вячеслав Борисович.
А я так... Мне просто идти некуда, кроме моей машины.
— Потому что я должен закрыть дверь и поставить сигнализацию.
Наблюдаю за тем, как «Ларгус» закрывает дверь за замок и нажимает на какие-то кнопки. Мужчина в одном пальто на одну тонкую рубашку, шея открыта, острый кадык выпирает, а волосы непослушными прядями спадают на лоб. И как только такое допустил?
Стою и чего-то жду.
— Пока? То есть до свидания? — говорю, когда Слава останавливается на последней ступени.
— До завтра. — Официальный ответ обижает.
— Спасибо, что помогли с той блондинкой.
— Это моя работа.
Ну вот как бы и все. Разворачиваюсь и иду к своей машине. Она рядом, ключи не успею достать, как окажусь у водительской двери.