— Я в делах, — уклончиво отвечаю.
Мои «дела» вчера были обижены, обещали вычесть ужин, который с удовольствием уплетали, из моей зарплаты. Он спал на диване, предоставив мне место на просторной кровати.
Было одиноко и холодно.
— Говорят, ты устроилась в ресторан. Официанткой.
Сглатываю противную горечь. Щеки устали от улыбки, их сводит. Перевожу взгляд с одной подруги на другую. Или уже не подруг?
— Устроилась. Но директором. Да-да.
Белозеров! Ну погоди, скотина!
— Так сразу? Без опыта работы? И бывает же...
Виола не сводит с меня глаз. Они так и пышут любопытством, которое душит меня похлеще рыболовной лески. Остается только улыбаться, когда челюсть немеет. Но женщинам приходилось терпеть и не такое.
— Новогоднее чудо! — отпиваю свой кофе навынос и подмигиваю. Во рту противный вкус прогорклых зерен. Прошлогодних, по всей видимости.
Сессия в самом разгаре. Прибавить к этому работу, разборки с Ярославом и отчего-то обозленного босса-фашиста, то я удивляюсь, как еще живу.
На лекции первый раз в жизни конспектирую почти слово в слово. Сижу на первой парте, когда мои подруги вместе с компанией Белозерова заняли последнюю. Ярослав делает вид, что мы не знакомы. Игнор по всем фронтам.
Неделю назад мне как раз попалась статья о «красных флагах». Один из признаков абьюзера — это чередования признаний в любви и игнорирования. Мужчина к себе привязывает своей нежностью и заботой, а потом резко отталкивает. И так по кругу, вызывая зависимость.
Оборачиваюсь на Яра, вспомнив про статью. Его рука лежит на плече Виолы, они о чем-то шепчутся, и им совсем нет дела до профессора макроэкономики. Понимаю, преподаватель говорит тихо, муторно и совсем неинтересно, но вот так миловаться на глазах у всех, да еще и после измены?
Фу.
Наши взгляды встречаются на полпути, и Белозеров хмурится. Я же отворачиваюсь. Некогда мне!
Помнится, он вообще на свидание звал. Слился по ходу.
После окончания лекции скидываю вещи в сумку. Думаю о том, что скоро Новый год.
Мама звонила и рассказывала о планах. Делала вид, что всё в порядке, и мы с родителями Ярослава заявимся к ним после боя курантов. Дальше планы на выходные и прочее. Слушала это сидя, ковыряя мыском туфель кафель.
Если честно, то я никогда еще не праздновала Новый год вдали от дома. От родителей, если точнее. Неважно, под пальмами, в средневековом замке, переделанном в ресторан, в джунглях или среди заснеженных вершин Альп, родители были рядом.
— Белозеров всем рассказывает, что ты выделываешься. А на самом деле свадьба будет, — Влада догоняет меня, пока быстрым шагом иду к своей машине.
Рабочая смена через полчаса, и я не хочу снова видеть фашиста рассерженным. Мне не понравилось.
Останавливаюсь резко, Влада по инерции продолжает идти вперед, пока не тормозит, обнаружив, что рядом с ней никого.
— Пошел он на! У меня вообще другой уже есть! — выпаливаю на эмоциях.
Такая злость взяла! На Ярослава, на всех мужчин в целом. Даже на «Ларгус». Но именно о нем почему-то подумала, когда соврала Владе.
Прикусываю щеки изнутри. Вот бы посмотреть в лицо Борисычу, когда узнает, что он как бы мой новый парень.
Парень... Смешно даже.
— Другой? — останавливаемся одновременно.
— Да. И он намного лучше какого-то там Ярослава Белозерова.
Он не ходит в стремных кедах, и трусы у него однотонные, без всяких там Пизанских башен.
По закону подлости компания во главе с бывшим проходит мимо. Яр цепляет меня плечом и не извиняется. Вот тебе и высокие отношения, свадьба, любовь до гроба и так далее, и так далее.
Оборачивается Белозеров сразу же, как отошел, и возвращает голову на прежнее место очень нескоро. Когда на горизонте показывается столб, и я бы очень хотела, чтобы Ярослав врезался в него. Может, после удара что-то поменяется в его голове.
— Он богатый? — первый вопрос от Влады, когда Яр со свитой скрывается за поворотом. В столб Белозеров не врезался, к сожалению.
— Конечно.
Ускоряюсь.
Этот богатый фашист открутит мне голову и скормит Виталию, если я опоздаю. А тот приготовит ее с фирменным салатом и аккуратно сложит в контейнер, а сумму вычтет из моей зарплаты.
— А какая у него машина?
Закатываю глаза. Врать несложно, но уж очень утомительно.
— Леворульная. Не самая новая, но во времена кризиса на это уже мало кто обращает внимание. Главное, стильная.
Почти.
— Класс. А где познакомились?
Надеваю шубку, выхожу на крыльцо. Вокруг елки, украшения, иллюминация. В одном нашем ресторане скучно и пресно, как в первый день после новогодних каникул. Хочется, чтобы уже пришла весна, а еще как бы середина зимы.