Мои девчонки отмалчиваются.
Прохожусь по профилям. Они в клубе. Подвисаю над их сториз, рассматриваю наряды каждой. Девчонки сидят за нашим столиком и каждая пьет свой любимый коктейль. Эдакий «Секс в большом городе», но без Керри.
Керри — это я, разумеется.
Вот ведь сучки. Меня... Не позвали. Даже больше, я не знала, что они собираются.
У меня так-то горе: жених изменил, из дома почти выгнали... И шампанское резко пить расхотелось, и паста здесь какая-то невкусная.
Когда на экране загорается знакомый голый зад, отвечаю на звонок. Это получается рефлекторно. Сколько раз отвечала? Новая привычка вырабатывается двадцать один день. Вот с завтрашнего дня и начну.
— Подурила? — вот нахал!
Слышу клубную музыку и девчачий смех. Близко-близко. Телефон в руке сжимаю крепче.
— Завтра возвращаешься домой. Тебя ждет уборка. Не думала же ты, что после твоих выступлений, я закажу клининг? Куда интереснее будет наблюдать за тобой.
Сбрасываю. Абонента кидаю в блок. Недопитый бокал шампанского выпиваю до дна одним глотком и тут же морщусь от пузырьков, щекочущих в носу.
Так проходят две недели.
Каждый день я езжу на учебу из отеля, вечером возвращаюсь. Мама звонила пару раз, спрашивала про преподавателя йоги и довольна ли я занятиями. Ни слова про отца или его приказ вернуться к мужу.
Как у меня дела тоже не спрашивала.
Папа не звонил.
Шампанское с каждым вечером становится вкуснее, жизнь скучнее.
Еще чуть-чуть и я свихнусь. Мне нужен план.
Сегодня пятница. Сплетни поутихли, шок сошел, а моя обида и уязвленность ни капли. Ровно тринадцать дней с того момента, как я узнала об измене Ярослава Белозерова.
Ненавижу странное число. Хотя столько всего с ним связано. Мой день рождения тринадцатого мая, номер машины «013», в тринадцать лет у меня начались месячные, тринадцать минут я могу простоять в чатуранге — мой личный рекорд, — ровно тринадцать родинок на моем теле.
Вот такая магия. Или математика.
Снег валит вовсю и заметает темно-желтую листву. Еще вчера была осень, а сегодня настоящая зима пришла, как и обещали синоптики. Иногда им можно верить.
Меня согревают новая шубка и безалкогольный глинтвейн, который я заказала в своем любимом ресторане. Одна-одинешенька. Если так дело пойдет, и Новый год я буду встречать одна. С фарфоровым сервизом, кофемашиной и парогенератором, который до сих пор вожу в машине.
Не нести же мне все купленное барахло в номер отеля. Так последние деньги отдам беллбою.
Отпиваю из большой глиняной кружки и на снежинки любуюсь. Одна, вторая, третья...Голова кругом.
— Ваша карта заблокирована.
Выпучиваю глаза и врезаюсь взглядом в бейджик на груди официантки.
— Это, должно быть, какая-то ошибка. Я час назад заправляла машину и расплачивалась этой картой, — киваю на черный пластик.
Тамара — так зовут девушку — отрицательно покачивает головой. Выглядит Тамара недовольной.
— Как будете оплачивать? Другой картой или наличными?
Черт возьми... Да никак! У меня нет денег! Больше нет! Я, получается, нищая?
Потрясение, стресс, остановка сердца. Я — бедная... Папа выполнил свое обещание.
Улыбаюсь натянуто. Это мой любимый ресторан. Здесь вкусный теплый салат с тунцом и бесподобные муссовые пирожные с манго.
— Я зову директора.
Звучит угрожающе.
Вспоминаю фильмы, в которых героиня сталкивалась с подобными обстоятельствами.
Меня ждет тюрьма? Штраф? Общественные работы? Пожалуй, умереть было бы отличным решением.
— Добрый вечер, у Вас возникли проблемы с оплатой?
Поворачиваю голову на голос. Очень знакомый. И очень не вовремя. От частого дыхания пуговицы на блейзере сейчас оторвутся, а пришивать я не умею. Этим всегда занималась Илма.
— Аксинья?
— Привет! То есть, — прочищаю горло, — добрый вечер.
Мой незнакомец на «Ларгусе»... Это он директор моего любимого ресторана? Шутка, что ль?
Я его поцеловала, а он дал мудрый совет оставить своего жениха, что я, конечно же, и сделала.
Потом наши пути разошлись. На время. Успела позабыть тот инцидент на глазах у Белозерова.
Прихожу в себя от шока, а в этот момент удивление на лице незнакомца сходит и передо мной вырастает строгий руководитель.
Его улыбка натянутая, но вежливая.
Волосы уложены. Он в темно-серых брюках и черной рубашке. Снова стильно. Как специально. Это вам не страшные высокие кроссовки за несколько тысяч долларов.
Не будет же этот мужчина, чьих губ я вероломно коснулась, вызывать полицию? Так не поступают с девушками, которые целуют первые.
— Нам нужно решить вопрос с оплатой, Аксинья, — безжалостно спускает с небес на землю. — В противном случае Вы останетесь здесь отрабатывать сумму, на которую был сделан Ваш заказ. Или я вызову...
— Только не полицию!
Увожу взгляд с двух расстегнутых пуговиц его рубашки обратно на стол. Я даже не допила свой глинтвейн.
— Говорите, что надо делать? Встречать гостей? Это я, — от унижения задерживаю дыхание и только потом делаю длинный выдох, — могу.
— Боюсь, что нет. Моя хостес отлично справляется со своей работой. Пройдемся со мной.
Может, мне стоит вызвать полицию?
*Принадлежит компании Meta, признана экстремистской и запрещена на территории РФ.
============>>>>> Визуал сурового директора