— Хорошо она тебя реабилитировала? Пластырь бактерицидный наклеила?
— Наклеила, — стреляет в меня наглыми глазами. — Подлечила, подлатала.
— И отправилась восвояси?
Саша не отвечает. Отделывается молчаливой улыбкой, а я понимаю, что да — таки отправилась. На второй сеанс, вероятно, он её не оставил.
— Смотрю на тебя и пытаюсь понять… — произношу ошеломленно, — Вот эта твоя усмешка, взгляд ленивый как будто заинтересованный, но не слишком. Неужели не было ни одной девушки, кто осталась бы равнодушной к этим твоим фишечкам?
Переместив локоть на дверь, Саша задумчиво трет подбородок.
— Не было.
— Не верю. Должна же быть хоть одна, ценящая и уважающая себя настолько, чтобы не повестись.
Свернув с дороги, паркуется около заправки. Глушит двигатель и отстегнув ремень безопасности, поворачивается ко мне полу-боком.
— А почему ты считаешь, что не уважающая себя женщина не согласится на пару ночей без обязательств?
Логично…
— М-м-м. Ты прав, согласится. Но есть же и такие, которые бы хотели больше, чем пару ночей, но соглашаются и на малое. Чем ты их цепляешь, а?
Отстегнув и свой ремень, тоже пересаживаюсь на кресле так, чтобы быть к нему лицом, и отправляю остаток батончика в рот.
Он очень сладкий и теперь мне хочется пить.
Встречаю пристальный взгляд, направленный на мои губы и едва не давлюсь, потому что он снова серьезный и цепкий.
Этот мужчина словно ходячая американская горка. В одну секунду улыбающийся и легкомысленный. А в другую — все в животе поджимается от того, сколько в его взгляде неизведанности. Именно таким он смотрел на меня в клубе в первые секунды, пока не понял кто я.
— Хочешь наглядную демонстрацию?
Сглатываю тягучий кусок злаков со вкусом меда и киваю.
— Хочу, — отвечаю, чтобы доказать, что не все девушки падки лишь на обаяние и хулиганскую улыбку.
Иногда нужно проявить усилие, чтобы завоевать внимание.
Но, наверное, я зря сказала это, потому что то, что я читаю в его глазах начинает пугать. Зрачки расширяются, как у хищников во время охоты, желваки заостряются. Склонив голову, Саша скользит взглядом по мне вниз, к самым бедрам. Останавливает его там, а я подбираюсь. В животе, там, где прихватило спазмом, расползается жар, а пульс начинает набирать обороты.
— Не самая лучшая идея, — произносит спустя несколько мучительных секунд, вернув сощуренный взгляд мне в лицо.
— Что именно?
Мгновение и я вздрагиваю.
Ноги ошпаривает кипятком, когда Саша внезапно кладёт ладонь мне на голое бедро и толкает второе в сторону. Охнуть не успеваю, как цепляет пальцами крошку батончика, лежащую между моих ног, и закидывает её себе в рот.
— Начинать игру, в которой заведомо проиграешь, Алисёна, — как ни в чем не бывало легко кивает на дверь, открывая свою, — Пойдем. Купим тебе нормальной еды.
Сердце мое дёргается в рваном ритме.
Вот вам и фишечки…
11. Любимый
Алиса
Когда я выбираюсь на улицу, пульс все еще не может прийти в норму, а во рту сухо, как в пустыне.
Не люблю проигрывать, а я, кажется, только что это сделала. Сама не успела даже понять, как.
Поправив шорты, прилипшие к ногам, следую за Сашей. На нем сегодня светлые брюки и свободная рубашка небесного оттенка. Заложив руку в карман, он неспешно входит через разъезжающиеся двери магазина.
Там прохладно от кондиционеров, и это мне на руку. Холодный воздух немного остужает мою воспаленную кожу.
Подойдя к прилавкам, изучаю то, что есть в наличии, когда до моих ушей доносится игривый мужской голос.
— Ну, вам же не жалко? Я прямо поражён вашей красотой, Марина.
Перевожу взгляд на молодого парня, предпринимающего попытки выудить у кассира номер телефона. Довольно симпатичный, высокий, подкаченный и уверенный в себе. Мои одногруппницы по таким слюнки пускают. Но кассир Марина — кремень.
Остаётся непреклонной перед его заискиваниями. Он бедолага и так и сяк старается привлечь к себе внимание, даже притягивает её к себе за бейджик, заигрывающе заглядывая в лицо. А она отрицательно, даже немного строго мотает головой и нарочито вежливо желает хорошего дня.
У меня в голове щелчок раздаётся. Будто все предохранители разом отключаются.
Это то, что мне нужно. Марина!
— Спорим, ты не возьмешь номер телефона у кассирши? — подхожу к Саше, занявшем очередь.
У него в руке бутылка минералки, из которой он как раз делает пару глотков.
Вскинув с вызовом бровь, складываю руки на груди. Сама не понимаю для чего это делаю. Обычно я ангел и не лезу на рожон, но сейчас внутри меня будто включается темная половина, желающая отомстить за собственную слабость.