3. Как у себя дома.
Доехали мы с ветерком. По дороге почти не разговаривали, остановились у аптеки, Герман сходил за лекарствами.
У дома он протянул мне мою сумочку и отнес к квартире, я достала ключи и наконец-то очутилась дома. В прихожей мой врач спросил, в какую комнату отнести.
Выбор был не велик, от бабушки осталась небольшая двух комнатная квартира. Бабушки умерла уже семь лет назад, до недавних пор мама сдавала квартиру, но теперь, когда я закончила учебу и начала работать, решила переехать и начать самостоятельную жизнь.
У меня были хорошие отношения с мамой, отчимом и сестрой, но мы жили в двухкомнатной квартире. Комнату я делила с сестрой. Хотелось самостоятельности. Мне уже 22, пора было начинать взрослую жизнь.
Герман опустил меня на диван в зале, оглянулся вокруг и спросил.
- Ты давно тут живешь?
- Нет пару месяцев, это была бабушкина квартира.
- Понятно, сиди здесь. - включил телевизор и положил мне пульт на колени.
- Сейчас приду. - Герман прошелся по всей квартире, зашел в спальню, на кухню, даже в холодильник заглянул. – обследовал всю квартиру, стеснительным его не назовешь.
- Схожу за продуктами и вещи твои принесу. – забрал ключи, закрыл за собой дверь.
Вернулся он минут через сорок. Я успела допрыгать до ванны, умыться, переодеться в домашнюю пижаму и вскипятить чайник.
Герман зашел с ворохом пакетов с одеждой и пакетом с едой из ближайшего супермаркета.
Он посмотрел недовольно, сказал, что ходить пока не желательно только в туалет и обратно, хотя бы пару дней поберечь ногу. Выгрузил продукты в холодильник, а вещи отнес в спальню, поставил все пакеты на комод.
- Спасибо, давай я тебя чаем напою. – не знала как еще его поблагодарить за заботу.
Мы прошли на кухню, она у меня маленькая, но уютная, плита, холодильник, мойка и шкафчики наверху, стол стоит у стены напротив и два стула. Он усадил меня на стул у окна, а сам начал хозяйничать.
- Сиди уже я все сам сделаю, где сахар и чай? – он уже поочередно отрывал дверцы кухонного гарнитура.
- В шкафчике около холодильника.
Было непривычно, что чужой мужчина на моей кухне, и так по-свойски наливает чай, делает бутерброды из хлеба, колбасы и сыра, которые сам же и купил. Фрукты помыл и положил в тарелку передо мной. Я не могла оторвать от него взгляд. Прям фея домашнего очага, ему бы еще фартук надеть.
- А ты всегда такой? С начало готов прибить, потом лечишь и ухаживаешь как за родной? – для меня всегда легче было спросить на прямую, чем теряться потом в догадках.
- Что тут не понятного, я давал клятву Гиппократа, бросить просто так тебя не смог.
Герман хитро прищурился и сказал:
- Когда выздоровеешь, отблагодаришь. - и стремительно стал поглощать бутерброды.
Я чуть чаем не поперхнулась. Перекусили мы в тишине. Он не был слишком разговорчив.
- Так, лекарства на тумбе около дивана, еда у тебя есть, в ближайшие два дня меня не будет в городе, номер мой там же около лекарств. Если будет хуже, звони. Через два дня заеду после работы. Твой номер продиктуй. – и все это сказано безапелляционно.
Продиктовала, конечно. Неужели правда приедет? Вроде все что мог, сделал даже больше. Лекарства и продукты купил. Ключи мне отдал.
-Закрой за мной дверь и ложись сразу, отдыхай. – добавил более мягко.
Я допрыгала до двери, открыла, чтобы выпустить гостя. А он повернулся и поцеловал меня в щеку. Герман подставил свою и указательным пальцем показал на нее.
- Поцелуй в щеку я же заслужил.
Вот наглость второе счастье. Сбил меня, напугал до смерти, правда потом и лечил и лекарства купил с продуктами. Хорошо от меня не убудет. Поцеловала. Он так улыбнулся, как мальчишка получивший желанную игрушку. Мне даже смешно стало.
- Пока. - Герман подмигнул мне и стал спускаться по лестнице. Когда он скрылся, я закрыла дверь и поскакала до дивана.
Сижу и пытаюсь все переварить. Не думаю, что он так с каждым своим пациентом бегает, хотя он же их не сбивает? Уже поздний вечер, решила маме позвонить уже завтра. Спать не хочется, смотрю тв, переключая с канала на канал, а думаю о Германе, покучивая в памяти сегодняшний вечер. Черт привязался. Допрыгала до кухни, выпила валерьянку. Нужно успокоится и поспать и наваждение пройдет.