ыпал и при открытом настежь окне выходящим на центральную улицу вечно неспящего мегаполиса. Но здесь ночь была иной. Казалось, она ворочается как неведомый лесной зверь. То спугнёт птицу, и та огласит окрестности визгливым воплем. То шумно выдохнет, что зашатаются дубы... Виктору чудилось, что этот монстр свернулся гигантским клубком вокруг дома и жарко дышит в каждое окошко. Нет, в его дыхании не было ничего враждебного. Но Виктору было непривычно. И он никак не мог окончательно сдаться Морфею. Слабого скрипа двери было достаточно, чтобы прервать лёгкую дрёму. Виктор приоткрыл глаза и уставился на застывшего на пороге комнаты брата. - Чего припёрся? - Так и знал, что не спишь, - разоблаченный Сашка бодрым шагом прошествовал в комнату Виктора, - Знаю твои привычки. Раз днём отоспался, то всю ночь ворочаться будешь. - Я спросил: зачем ты припёрся? - Витька, кончай гонор показывать. В гости приехал, так надо с хозяевами быть повежливее. - Это ты что ль тут хозяином заделался? - окончательно проснувшийся Виктор сел на кровати, - Хотя пузо и вправду отъел. Не пора тебя раскулачивать? И старший резво вскочил на ноги и изготовился всыпать Сашке полновесных тумаков. Но младший неожиданно серьёзно остановил его: - Витька, давай без этого. Бабка в последнее время спит плохо. - Ты прав, - Виктор плюхнулся на кровать, - Так чего пришёл-то? Сашка уселся рядом и заговорщицки толкнул старшего в бок. - Пошли на рыбалку? - Сейчас что ли? - Ну, да. - Ты в своём репертуаре. - Витька, у тебя отпуск всего две недели. И сколько из этого времени ты просидишь за книгами? Давай, давай! Подымайся! - Так только три часа ночи! - Ага! А мы ж за старый мост пойдем. - Куда? Ты спятил! Тащиться в такую даль, да ещё и ночью... Пока дойдём, сто раз ноги переломаем. - Ничего не переломаем. Я там каждую травинку знаю. Пошли! Но Виктор уже махнул рукой и повалился на подушку. - Э! Да, ты забыл какие ночи тут! Вставай, дурак! Когда ты ещё в таком тепле увидишь млечный путь... Впоследствии Виктор так и не вспомнил, как младшему удалось вытащить его из дома. Опомнился уже у колодца, когда вредный Сашка окатил его ведром ледяной воды. Стиснув зубы, чтобы не перебудить всю округу, Витька погнался за младшим. Но куда там! Брат нёсся как лань и только посмеивался над нерасторопностью старшего. В конце концов Виктору это надоело. Совсем запыхавшись, он остановился и повалился на траву. Сашка возник тут же и деловито поинтересовался: - Ну, что сон пропал? - А то! - Ну, тогда вставай. Пора топать. Виктор звонко хлопнул по протянутой руке брата, вскочил и машинально отряхнулся. Красота напоённой воздухом природы при звёздном небе была ещё заметнее чем днём. Теплый ветер шелестел тополями и кипарисами, кидал в нос такие букеты запахов,что в пору было серьёзно задуматься об их консервации. Нагретая за день земля одаривала стопы путников поистине материнским теплом, и шагать по мягкой живой тропе было приятно до невозможности. А распахнутый на всё небо звёздный шатёр просто сводил с ума. - Ну, что я тебе говорил? Такого неба у нас в столице никогда не бывает. - А то я не знаю. Сашка, ты что думаешь, я когда мелкий был, тут не пялился на небо? Да, потому и пошёл в авиацию, что только этим небом и бредил. - Да, знаю. Я как-то в сарае нашёл половину самолёта. Бабка говорит, что это твоё творение. - Моё. - А почему там только хвост, крылья и сидение? Где остальное? Где нос, где штурвал, где приборная панель? Виктор вспомнил детство и украдкой заулыбался. Но молчание младшего не устроило. - Давай, колись! Что это за самолёт такой? - Это мой самый лучший аппарат... Тебя ещё на свете не было, когда я на нем к звёздам летал. И приборная панель у меня была. - Это ты про что? - А помнишь старый дедовский приёмник? - Это тот здоровенный ламповый гроб? - Он! Так вот я по ночам часто вытаскивал его его во двор. Потом выволакивал из сарая самолёт и ставил в кабину приёмник. Он был у меня и приборной панелью и пультом управления. Помню, как крутил ручку настройки и вслушивался в шуршание эфира. А зелёный индикатор магнитной антенны был вместо экрана радара. Вот так и сидел ночи напролёт, глядя на звёзды и вслушиваясь в шёпот иных миров... - Да... - только и смог выдавить поражённый Санька. - А ты думал, что я по этому небу не скучаю? Скучаю, братишка. Очень скучаю. Воздух тут настолько чист, что звезды видны уже при закатном солнце. Я всегда этому поражался. Они продолжили путь в тишине, наслаждаясь каждым шагом в этом земном раю. Каждый думал о своём, но оба, не сговариваясь, не отрывали взгляда от гигантской россыпи бриллиантов, выстеливших бесконечность млечного пути. - О! Гляди! Метеор! - Сашка радостно вскинул руку в направлении прорезавшей небо узкой полоски света. - Что-то не похож он на метеор, - старший озадаченно наблюдал за ярком следом неведомого объекта, который внезапно изменил направление и перешёл в горизонтальный полёт. - Смотри! Он увеличивается! - Сашкин голос задрожал от страха. - Вижу, - Виктор сосредоточенно наблюдал за растущим ярким пятном. - Да он же сюда летит! - взвизгнул младший и, бросив снасти, опрометью кинулся прочь. - Ты прав. Он приближается. Что будем делать? - Виктор обернулся, но младшего уже и след простыл, - Нда... Придётся, видимо, одному разбираться. Тем временем неведомый аппарат стремительно приближался. В его искусственном происхождении у Виктора не оставалось никаких сомнений. Он спокойно наблюдал за приближением светящегося шара. Объект плавно затормозил в полусотне метров от человека. Виктор с интересом смотрел на светящуюся мягким матовым светом сферу и ждал развития событий. Но десятиметровый шар словно решил сыграть с человеком в гляделки. Он неподвижно висел, едва касаясь травы и слабо менял собственную яркость. Виктору стало скучно, и он сделал несколько осторожных шагов. На приближение человека шар отреагировал тут же - он мгновенно погас. Но на черной громаде тут же появилась яркая линия, в несколько секунд превратившаяся в ослепительно сверкающий проём. Свет был настолько ярок, что Виктор зажмурился и даже прикрыл глаза рукой. Но остатки неповреждённого зрения всё же успели уловить размытые образы нескольких человекоподобных существ. Внезапно полыхнуло так, что ослеплённый Виктор повалился в траву. Спустя несколько минут глаза пришли в норму, и лежащий человек снова отчетливо видел раскинувшуюся в небе россыпь звезд. Вставать было страшновато, и Виктор осторожно прислушался. Но ничего кроме привычных звуков южной ночи не услышал. Он осторожно приподнял голову - НЛО и след простыл. - Тьфу! Черт! Уже улетели! - Улетели, да не все, - наставительный старческий голос заставил Виктора тут же подскочить на месте. Он уставился на старика, который с интересом смотрел на землянина. Старик выглядел настолько привычно, что Виктор тут же обругал себя, сообразив, что просто увидел сон. - Простите, я тут задремал... - Задремал? Нет, Виктор. Ты вовсе не спал, - старик медленно перетёк из сидячего положение в стоячее, - Прости, я пока не умею хорошо подражать вашему способу передвижения. Но я быстро научусь. - Научитесь?... А вы, простите, кто? - Тот, про кого ты и думаешь, - и на лице старика проступила улыбка. - Так вы... - Именно! Я - инопланетянин. Самый, что ни на есть, взаправдашний. - Вот это да! - вырвалось у землянина. - А то! - старик подмигнул и щёлкнул пальцами. И тут же позади него возникло плетёное кресло. Старик медленно повернул голову, убедился в его наличии, а затем уже совершенно по земному с причитающимся кряхтением уселся. - Ну-с, Виктор, я страшно рад, что наконец-то смог тебя встретить! - Э... ? Что, простите, означает это ваше “наконец-то смог”? Старик степенно закинул ногу за ногу и пыхнул возникшей секунду назад трубкой. - Видите ли, молодой человек, страх - обычная реакция, возникающая у низшего интеллекта попытке обращения к нему более развитого существа. Этот страх столь силён, что общение становится невозможным в принципе. Увы, эта реакция свойственна подавляющему числу представителей рода хомо сапиенс. Ты просто не представляешь, как сложно найти землянина, способного на общение. - Серьёзно? Надо же... Не думал, что я так уникален. - Ещё как! Мы проверяем всех мало-мальски пригодных для контакта. Лично я работаю в этой области уже четверть века. И за всё это время у меня не было ни одной удачной попытки. Представляешь? Ни одной! И вот сегодня моя девятьсот семьдесят третья попытка увенчалась успехом. Большое тебе спасибо! - и представитель иного мира с нежностью уставился на разинувшего рот землянина. Виктор без особого успеха пытался унять ураган разбушевавшихся мыслей и сказать что-то приличествующее моменту. Но старик заговорил первым: - У тебя в голове вертятся два глобальных вопроса. На первый ты ответ найдёшь сам, на второй я попробую ответить сейчас. Сказанное ещё сильнее заставило заволноваться. Виктор понятия не имел, какие из сотен вопросов собеседник назвал глобальными. И какой из них первый, а какой второй... Но инопланетянин не стал его мучить. - На вопрос о смерти ты ответишь сам... - Это когда помру? - Не обязательно. Твой потенциал достаточен для разрешения этой проблемы умственными усилиями. - Правда? - Молодой человек, я сообщаю только ту информацию, которая соответствует истине. Что касается вопроса о боге, то пока отвечу коротко. - Извините, а почему коротко? - Потому, что во-первых, вы ещё не обладаете достаточным понятийным аппаратом для более-ме