Возле дома, прежде чем выйти из машины, взглянула в зеркало заднего вида.
— Отцу скажешь?
— О чем?
— О том, что я сбежала от тебя.
— Больно надо.
Она смерила его долгим взглядом и вылезла из салона. А Феде почему-то подумалось, что не такая она и стерва на самом деле, какой хочет показаться. Скорее всего, это обычная защитная реакция на излишний контроль со стороны отца и желание получить его внимание и любовь.
Он припарковал и помыл машину, заодно пообщавшись с охраной на въезде и попутно узнав для себя нужную информацию о работе охранников в разное время суток и распорядок дня самого Сафина. Поставил для себя первоначальные задачи — осмотреться в доме, выяснить наличие видеокамер и возможность их отключения, а также сделать слепок ключа от кабинета хозяина.
В этот момент на крыльце появилась невысокая светловолосая девушка с книжкой в руках. Спустилась по лестнице и направилась в сторону беседки, находящейся в глубине сада.
— Кто это? — спросил Федя у охранника с ворот, от скуки курившего рядом с ним, пока он занимался машиной.
— Алиса. Младшая дочь Ильдара Давлетовича.
А Дубравин подумал, какими же непохожими друг на друга иногда бывают сестры. Эта была полной противоположностью Лили. В ней не было ничего восточного. Светло-русые волосы, собранные в замысловатую косу, начинающуюся высоко на затылке. И кожа светлая, почти белая, а не темная, загорелая, как у сестры. Невысокого роста, хрупкого телосложения. На вид больше шестнадцати и не дашь, но из биографии, представленной Трофимовым, Федя знал, что ей восемнадцать. Не зная, что она младшая дочь Сафина, он никогда бы не подумал бы, что они с Лилей родные сестры.
— У нее тоже есть личная охрана?
— Не, эта тихоня, — покачал головой парень. — Основные хлопоты Ильдару Давлетовичу доставляет Лилька.
— Что, правда, такая оторва? — подмигнув ему, полушепотом поинтересовался опер. Мнение со стороны не помешает, чтобы сложилась целостная картинка.
Парень помолчал, а потом ответил тоже негромко:
— Да, она хитрая лиса. Все что угодно сделает, чтобы своего добиться. Так что ты с ней поаккуратнее.
Глава 4
Ближайшие несколько дней в жизни опера ничего особенного не происходило, если не считать некоторых стычек с хозяйской дочкой. Да и стычками-то их назвать было нельзя, потому что в силу должностных обязанностей Федя вынужден был помалкивать и сносить все ее чудачества без комментариев. В доме он осматривался, отмечая детали, которые могли бы помочь или, наоборот, помешать выполнению задания, прислушивался к разговорам, наблюдал, а в машине молчал, чтобы не повестись на провокации Лили и не поддаться эмоциям.
После первого их совместного дня, после побега в торговом доме, она взяла моду переодеваться при нем прямо в машине. Он не знал, что послужило поводом к переменам в ее внешнем виде, но из дома она выходила теперь, как говорится, «прилично одетая» — в брюках или юбке до пят, а вот в машине, прямо на ходу, начинались переодевания. Она снимала с себя все, как Федя подозревал, что специально для него шумно пыхтя (в целях привлечения внимания), и оставалась в одном нижнем белье. Каждый раз разное, с какими-то миниатюрными цветочками, сеточками, контрастными вставками. Некоторое время она так и ехала в таком виде, бросая на парня лисьи взгляды, ловя его, неловко-удивленные, в зеркале заднего вида, а потом, еще раз томно вздохнув, начинала одеваться в уже что-то более соответствующее вкусам молодежи. Обязательно короткое и оголяющее то плечи, то смуглый и стройный живот, то выставляющее напоказ длинные, загорелые ноги.
У богатых свои причуды, поэтому Дубравин ничего не говорил, но чувствовал, как от таких ее игр ему становится щекотно внутри и форменные брюки становятся тесными в паху. Конечно, если бы они встретились в каких-то иных обстоятельствах, он бы давно уже ответил на все ее «авансы» и позволил себе то, на что она напрашивалась (а напрашивалась она на многое и не скрывала этого), но он был «при исполнении».
В один из дней, выйдя с института, Лиля уселась в машину прямо на переднее пассажирское сидение и, отодвинув кресло максимально далеко, закинула ноги на приборную панель. Благо, короткая юбка это позволяла.
— Поехали, — довольно заявила она, наслаждаясь замешательством Феди, и улыбнулась обворожительно, прекрасно зная, что хороша собой.